- Что я не знаю?
- За несколько дней до смерти мамы, - тут Элпис всхлипнула и из её глаз покатились слёзы, но она справилась с собой и продолжала:
- Меня приходил сватать Калоподий. Он хотел, что бы меня отдали за его сына Ликариона. Отец отказал потому, что я засватана за тебя. Уходя, Калоподий сказал, что отец ещё пожалеет.
- Думаешь, Дасий не случайно напал на твоих родителей?
- Думаю - нет.
- Ну, вот! А ты его жалеешь.
- Я его не жалею. Мне страшно за тебя.
- За меня бояться не надо. Только для них уже поздно: твоё приданное записано за василевсом.
- Василевс взял, василевс может и вернуть! Пусть даже половину! Всё равно это много.
- Но ты не единственная наследница.
- Единственная. Братья уже бесправны!
- Возможно, ты права. Я поговорю с отцом по этому поводу. Может быть, что-нибудь придумаем.
2
В воскресенье 11 января 532 года на ипподроме всё было почти как обычно: люди следили за скачками, делали ставки. И только на трибунах зелёных царила тишина, чувствовалось напряжение, тревога и некоторое волнение, все знали, что должно произойти.
И вот димархи прасинов встали со своих мест и направились к ложу василевса. Впереди шёл Зенон Ситос.
Со своих мест венеты заметили шествие прасинов.
- Что бы это значило? - спросил, не к кому не обращаясь, сенатор Ориген, мужчина около пятидесяти лет, лысый, только на висках и на затылки виднелись седые волосы. Происходил он из старой римской знати. Его предки перебрались во Второй Рим два или три века назад. Он сидел на трибуне с сыном Проклом, парнем лет восемнадцати, в окружении других сенаторов-венетов.
- Жаловаться идут, - сказал сидящий рядом с Оригеном сенатор Фотий.
- Да, довели прасинов до отчаянья.
- Хорошо, что их, а не нас, Ориген.
- Рано или поздно и до нас доберутся, - возразил Ориген.
- Не дай Бог, - Фотий перекрестился.
- Автократор считает, что мы созданы только для того, что бы платить налоги. А налоги брать они умеют и новые придумывают с дьявольской изобретательностью. Вон Каппадокиец, что придумал? Новый налог - аэрикон - цинично окрестив его «деньги из воздуха». Он померил расстояния между домами и с одних берёт налог за то, что дома стоят слишком близко друг к другу, а с других, что слишком далеко. А дома-то не передвинешь!
- Ты прав, Ориген, - сказал Фотий. - А налог диаграфи? Его по древнему обычаю взимали только в чрезвычайных ситуациях. А теперь - каждые полгода.
- Да-да, - согласился Ориген. - А прасинов просто откровенно грабят.
- Потому что они ещё и еретики-монофизиты, - сказал сенатор Аврамий, - не все, но большинство, а мы, венеты, как и нас августейший василевс, православные.
- Зато василиса Феодора благоволит монофизитам, - сказал Фотий. - Вон их сколько в Город понаехало! Целый дворец Гормизды им отдали.
- Может быть и правильно, что благоволит. Во-первых, они её, как говорят, когда-то выручили. Как, кстати, и мы, венеты. А во-вторых, разница между православными и монофизитами не велика. Они во всём православные, кроме одного. Они считают, что в Христе есть только одна природа - божественная. И нет человеческой. И что? Мы тоже считаем его Богом!
- Нет, кир Ориген. Если в Нём нет человеческого, значить он не мучился на кресте и не искупил грехи человеческие. Тяжело умирать, не зная, что воскреснешь! А мы все воскреснем!
- Хорошо Богу было умирать, зная, что через три дня воскреснет - сказал Прокл.
Аврамий посмотрел на парня осуждающе, а Ориген сказал:
- Это богохульство, сын.
- Да я ничего, - пожал плечами Прокл. - Я так.
- В прошлом году наш василевс, - продолжил Ориген, обращаясь к Аврамию, - пригласил в Город монофизитских епископов, Фотий правильно говорит, целый дворец заняли, который, кстати, принадлежит Феодоре. Так ли он поддерживает православных?
- Поддерживает, - твёрдо сказал Аврамий.
- Поддерживают, - сказал Фотий. - Юстиниан поддерживает православных, а Феодора - монофизитов. Ортодоксы идут с жалобами к василевсу, а монофизиты жалуются василисе, а выгоду получают оба супруга. Это как если бы твоя супруга от какого-то бездетного дядюшки получила бы землю. И тебе бы с этого тоже была бы выгода, Ориген.
- Так же как и наоборот, - согласился Ориген. - Но с другой стороны, монофизиты выручили Феодору в Александрии. Она им просто благодарна. Память у неё хорошая. А наш василевс к ней прислушивается.
- Ещё, какая хорошая память, - сказал Фотий и перешёл на шёпот - Вы знаете, когда наша василиса ещё не была василисой, а торговала своим телом и выступала в театре, многие ею пользовались. Но сейчас вы не найдёте ни одного, кто мог бы этим похвастаться.
- Так не мудрено. Больше пятнадцати лет прошло с тех пор.