— Хорошо, — сказал Безруков, — через четыре дня у тебя будет последнее задание. Готовься.
Он повернулся и спокойно ушёл, оставив Джонни с тревогой и волнением: как бы Безруков их снова не подставил. Джонни молча наблюдал за его уходом, не раскрывая, где именно он провёл последние дни.
День прошёл спокойно. Все ребята вместе: Рита, Жан, Дженна, Гром и даже Физрук проводили время в доме, смеялись, обсуждали мелочи, убирали, собирали пазлы с системой и кормили Гизмо. Атмосфера была почти семейной, но Джонни всё время ловил себя на том, что его мысли возвращались к горам, к уроку, который ждёт его завтра ночью.
Ночь наступила тихо. Джонни лёг спать, но долго не мог заснуть. Он тихо поднялся, подошёл к окну и посмотрел на темные силуэты гор вдали. Лунный свет отражался на снегу, и холодный ветер шептал что-то неизвестное. Он понимал, что завтра предстоит новый, долгий путь к вершине, снова через мороз и снег, с обморожением и испытаниями.
На далёком поле, где ветер рвал траву и срывал сухие листья, стояли Долтор и Безруков. Атмосфера была напряжённая, словно само пространство вокруг сжималось.
— Они слишком сильны, — сказал Долтор, голос низкий и шипящий. — Ребята начали понимать свои силы. Если мы хотим их ослабить, нужно действовать хитро.
Безруков кивнул, понимая, что играть напрямую с ними — бесполезно.
— У меня есть план, — продолжил Долтор, — но для этого нам нужен особый предмет.
Он подошёл к старому деревянному ящику, поставленному на землю, и медленно открыл крышку. Внутри, среди каких-то странных приборов, лежал розовый утюг.
— Что… это? — спросил Безруков, нахмурившись.
— Именно так, — с усмешкой ответил Долтор. — Он прост, но смертельно опасен для их энергии. С его помощью мы можем нарушить баланс, ослабить их способности и поставить под угрозу их силы.
Безруков слегка склонил голову, оценивая: риск велик, но эффект может быть максимальным.
— Тогда действуем, — сказал он. — Но осторожно. Их сила растёт, и один неверный шаг — и они будут нас ловить.
Долтор улыбнулся, открывая ящик шире, будто показывая, что для него даже розовый утюг — инструмент разрушения.
— Они не знают, что играют по нашим правилам, — прошептал он, — и скоро это будет видно.
Альбина прервала рассказ Яна.
— Простите… Утюг?
— Да я что-то тоже ничего не понимаю… — Пробурчал Мино. — Как розовый утюг может помешать им?
— Ох, дальше очень интересно вышло. — Немного покашляв кровью, и посмотрев на Хаос Рэйза сказал Ян.
Ян продолжил.
Рано утром квартира была залита мягким светом восходящего солнца. Ребята ещё только начали просыпаться: кто-то лениво открывал глаза, кто-то потягивался, а система уже держал в руках мобильный телефон, кажется ребятам кто то звонит.
— Внимание, — прозвучал ровный голос системы — К вам поступил вызов.
Жан, ещё приоткрывая глаза, взял трубку. Голос на другом конце был спокойным, но твёрдым — это был Безруков.
— Доброе утро, — сказал он. — Кое-кто нуждается в вашей помощи. Адрес уже передан в навигацию. Это срочно.
— Кто именно? — спросила Рита, садясь на кровать.
— Это старушка по имени Элли, — ответил Безруков. — Пропала важная семейная реликвия. Не просто вещь, — он сделал паузу, — Эта вещь, может быть опасна, если попадёт не в те руки.
— Поняли, — сказал Джонни, быстро собираясь. — Мы выезжаем.
Безруков коротко кивнул:
— Действуйте аккуратно. И помните, что теперь вы не одни. Я доверяю вам.
После этих слов линия замерла. Ребята переглянулись, ощущая привычное волнение перед новым заданием, быстро оделись и начали собираться в машину. Гром лениво зевнул, но уже держал ключи, Дженна проверяла, что взяла всё необходимое, а система тихо жужжала, готовая анализировать любую ситуацию.
— Ну что, — сказал Жан, глядя на всех, — снова приключение.
Команда вышла на улицу, где первые лучи солнца играли на их лицах, и машина мягко тронулась по пустым ранним улицам. Поехали все, Джонни, Рита, Томсон, Жан, Физрук, Гром и Дженна. Система снова остался наблюдать за домом.
Ребята подъехали к маленькому, тихому дому с крышей из красной черепицы и аккуратно ухоженным садом. Птицы уже начинали петь, а утренний свет мягко заливал окна, придавая всему дому уютный вид.
На крыльце стояла старушка Элли — невысокая, с чуть согнутой спиной, в очках с толстыми линзами. Её лицо было испещрено морщинами, а глаза блестели тревогой и лёгкой усталостью. Как только команда вышла из машины, она медленно подошла к двери.