— А если цель — утюг внутри неё? — подхватил Гром, глядя на розовый свет вдали. — Может, если попасть по нему, весь щит рухнет?
Физрук хмыкнул и сказал с ухмылкой:
— Щит всегда отражает силу, но не ловкость. Нам надо отвлечь её, а потом координированно ударить туда, где она уязвима, иначе будем гоняться в пустую.
Внезапно яркий розовый луч вырвался из утюга и ударил прямо по машине. Машина дернулась, ребята разлетелись по салону, тяжело дыша, их тела дрожали от боли и усталости.
Внезапная тишина на мгновение, и звон в ушах.
— Ах… гадство. — сказал Жан.
— Ах, чёрт! — выдохнула Рита, сжимая руль и подставляясь под очередной всплеск энергии.
— Смотрите… — Тихо прошипел Томсон с кровью на лице.
— Она… она всасывает энергию всего кладбища! — крикнул Жан, приподнимаясь, чтобы увидеть, как землю вокруг утюга начинают обволакивать светящиеся потоки.
— Это… невозможно, — пробормотал Физрук, наблюдая, как из могил и старых памятников энергия будто устремляется к фигуре девушки с утюгом.
Ребята сидели в шоке, их тела дрожали, а разум пытался сообразить, как справиться с этой немыслимой силой, которая буквально вытягивала жизнь из всего вокруг.
— Нам нужно действовать… и быстро, — сказал Жан, сжав золотой мяч в руках, — иначе утюг поглотит всё и всех, кто здесь находится!
— Быстрее! — крикнула Рита, разгоняя ветер своими огненными ударами, когда они пробегали через старые деревья и каменные надгробья.
— Осторожно, она ловит энергию от всего вокруг! — закричал Жан, прыгая через сломанный памятник и удерживая золотой мяч в руках.
Физрук мчался рядом с ними, бинты его обвивались вокруг рук, словно он сам становился живым инструментом атаки: — Надо подойти к ней со всех сторон!
Томсон, прячась за валунами и скелетами разрушенных памятников, шептал:
— Я… я просто буду держаться позади, не мешать.
Джонни здесь не было, а розовые вспышки всё ярче освещали тёмное кладбище, превращая ночь в светящийся хаос. Ребята мчались, перепрыгивая через камни и упавшие кресты, их сердца бешено колотились — впереди был бой с силой, которая могла поглотить всё живое, если они опоздают.
Джонни сидел за столиком в пустынном кафе, дождь барабанил по стеклам, а его пальцы нервно крутили чашку с тёплым кофе. На экране телевизора мелькали кадры розового света и разрушений по всему кладбищу, люди бегали в панике, а старые памятники рушились под невиданной силой.
— Чёрт… — пробормотал Джонни, голос дрожал от тревоги. — Я оставил их…
Он сжал чашку сильнее, и керамика заскрипела под пальцами. Сердце стучало так громко, что казалось, оно перекрикивает звук грома снаружи. Он видел Риту, Жана, Физрука, Томсона — всех, кого он считал своей командой, сражающимися с утюгом, который теперь яростно всасывал энергию кладбища.
— Они… они справятся? — тихо спросил он себя, но тут же понял, что медлить нельзя. Его глаза загорелись решимостью, и Джонни резко вскочил со стула: — Я не могу просто смотреть… я должен быть с ними!
Он схватил сумку с книгами и выбежал из кафе в проливной дождь, волосы и одежда мгновенно промокли, но Джонни не замечал ничего, кроме вспышек розового света вдали и мыслей о том, что каждый шаг промедления может стоить жизни его друзей.
Рита, Жан, Физрук и Томсон стояли на краю разрушенного кладбища, дыхание прерывистое, тела уставшие, но глаза полны решимости.
— Цельтесь в силуэт! — крикнул Физрук, сжимая свои бинты так, словно они сами могли схватить утюг.
Рита развернулась, огненные удары её рук трансформировались в пламенные потоки, направленные прямо на силуэт девушки в белом, что держала утюг как миниган. Каждый раз, когда она пыталась пробить щит, огонь рикошетировал обратно, но она не сдавалась.
Жан бегал кругами, кидая золотой энергетический мяч с максимальной точностью по слабым точкам фигуры, стараясь отвлечь и измотать её одновременно.
— Почти… почти получилось! — выдохнул он, когда мяч коснулся руки девушки, и розовый щит на мгновение замер.
Томсон прятался за камнями, но внимательно следил, пытаясь заметить уязвимое место, а Физрук бросался вперёд, бинтами обвивая воздух, как если бы они сами могли связать утюг.
Внезапно голос девушки прорезал воздух, злой и острый, словно нож:
— Вы не понимаете, через что я прошла, чтобы стать хотя бы такой!
Мир вокруг вспыхнул ярким розовым светом, земля задрожала, и гигантский взрыв сорвал их с ног. Ветер рвал одежду, дождь смешался с пылью и энергетическими разрядами. Рита и Жан едва успели перекатиться, Физрук был отброшен к старому памятнику, а Томсон едва держался за камень.