— Нет… нет… так не может быть! — вырвалось у Джонни, его сердце билось как сумасшедшее.
В этот момент он заметил рядом Будду. Он сидел, истекая кровью, его глаза были полуприкрыты, дыхание прерывистое и слабое.
— Джонни… — тихо сказал он. — Всё… теперь в ваших руках.
— Что?! — воскликнул Джонни, делая шаг вперёд.
В комнату подошли Рита и Жан, их лица побледнели.
— Ему нужна лишь одна душа из вашей команды, чтобы снова разбудить своего короля… — прошептал Будда, с трудом поднимая голову.
— Кому? Кто это, Будда? — спросил Джонни, стараясь скрыть дрожь в голосе.
— Долтор… — ответил Будда. Его губы исказила слабая улыбка, а глаза погасли.
И вдруг Будда замер, тело ослабло…
— Нет… — прошептал Джонни, но уже было поздно.
Будда рассыпался в пыль, словно песок. Сансара рядом тоже рассыпалась в прах, оставив после себя лишь пустое пространство и запах старой коры.
Я, Ян, тем временем, сидел за столом в мастерской, вокруг меня были рассыпаны металлические детали и схемы. Всё это выглядело как обычная работа, но на самом деле каждый провод, каждая катушка — часть устройства, которое, если получится, сможет спасти мир от Хаос Рэйза. Я понимал, что ставки невероятно высоки.
Даниэль Левочко стоял рядом и помогал мне соединять катушки. Я слушал его объяснения, пытался запомнить каждое слово:
— Ян, если соединить эти катушки именно так, мы сможем стабилизировать поток энергии и…
Но тут произошло то, чего я не ожидал. Даниэль просто исчез. Его место осталось пустым, воздух будто стал тяжелым, и вокруг летала лишь пыль, и я почувствовал странное дрожание в мастерской. Я замер, не понимая, что только что произошло.
— Даниэль? — пробормотал я, пытаясь заглянуть в пустое пространство. — Что… что это было?
И тогда я заметил: на столе остались только чертежи. Их кто-то аккуратно разложил, словно оставив для меня. Я взял их в руки, сердце колотилось, ладони дрожали. Ответственность теперь полностью легла на меня.
— Значит, мне одному придётся доделать это… — сказал я самому себе. — Если Хаос Рэйз придет… я должен быть готов.
Свет лампы слегка мерцал, тени от деталей дрожали на стенах.
Возвращаемся к героям.
Джонни опустился на колени, дрожа всем телом, глаза наполнились слезами. Рита и Жан в ужасе стояли рядом, не зная, что делать.
Рита подошла ближе к Джонни и мягко положила руку ему на плечо.
— Джонни… — тихо сказала она, — всё будет хорошо. Мы с тобой. Мы найдём выход.
Но Джонни не слышал. Его глаза были полны огня, дыхание учащённое, руки сжаты в кулаки. Он стоял, дрожа, но решимость светилась в каждом движении.
— Нет… — сказал он сквозь зубы, — теперь всё закончено.
— Я найду этого Долтора. Где бы он ни был. Я не остановлюсь, пока не встречу его лицом к лицу.
Жан стоял рядом, поражённый и не веря своим глазам.
— Он бьет по слабым местам… Лишь твари так станут поступать… — Прохрипел сквозь глаза полные слез Джонни.
Джонни резко развернулся к Жану и Рите, его взгляд был полон тяжести и боли.
— Слушайте меня внимательно… — сказал он, голос дрожал, — это всё моя вина. Я мог предупредить вас обо всём сразу, но… не сделал этого.
Жан с тревогой шагнул ближе:
— Джонни, о чём ты говоришь?
— Будда… — сказал Джонни, опуская голову, — поведал мне то, что вы не должны были знать так рано. Вы, Рита и я… мы не просто брат и сестра. Мы остатки души Иисуса, разделённые на двоих.
Рита вздрогнула, глаза её наполнились страхом и удивлением.
— Остатки души… Но как это возможно.
— Вот так… это очень сложно понимаю, сам не до конца понимаю, но это единственное логичное объяснение твоей огненной силы, и моей электрической. — Ответил Джонни.
Жан поводил взглядом в пустоту и посмотрел на Джонни.
— Так, а что с Безруковым?
— Безруков хотел избавится от нас, сделать слабыми.
— Я думаю он единственный, кто был с Долтором… возможно, он на прямую с нимсвязан, — сказал Джонни, сжав кулаки, — и нам придётся разбираться с этим.
Он посмотрел на Риту и Жана с полной решимостью:
— Мы должны действовать вместе. И знайте… теперь нет права на промедление. Время играть с осторожностью закончилось. Этот Долтор должен заплатить за все.
Рита и Жан молча кивнули, понимая, что ситуация стала куда серьёзнее, чем они думали. В их глазах отражалась тревога, но и готовность бороться рядом с Джонни.
Джонни уходя посмотрел на икону Будды с Иисусом, и перекрестился.