Зейн, тяжело дыша:
— Мы шли по следу «Синих Игл»… Что здесь вообще творится?!
— Ян? — Воскликнул Рэйз увидев друга.
— Рэйз! Ты что тут забыл? — Спросил удивленно Ян.
Но сказать никто ничего не успевает — вспышка. И прямо посреди толпы из воздуха падает Кованна, будто её швырнули в эту реальность.
Она встаёт, потрясённая:
— Я… я не знаю как… Я просто подумала, что вы в опасности… и…
Трэйз резко хватает её за руку, но не успевает ничего сказать — портал взрывается светом.
Изнутри выходит Денница. Теперь его видно полностью — не человек, не демон, а нечто среднее: угольно-чёрные крылья, тело будто вылепленное из пепла и алмазной пыли, глаза — две дыры, откуда течёт дым.
Денница:
— Все ключи… все пути… наконец-то.
И начинается бой.
Ребята ринулись в сторону Аида, но Денница лишь взмахнул рукой, создав ударную волну.
Первая же ударная волна отшвыривает всех в стороны. Каменные стены трескаются, потолок осыпается.
Зейн и Дрейк поднимаются, пытаясь закрыть собой семью.
Грок рычит, его тело покрывается серыми прожилками, он бросается первым.
Но Денница машет рукой — и Грок со всего размаха врезается в стену. Камень ломается, Грок хрипит, но встаёт снова.
Трэйз, сжав зубы, поднимает свой кинжалообразный клинок из тёмной энергии:
— Кованна, не отходи от меня!
Кованна же наоборот делает шаг вперёд, её глаза сияют — то самое странное «телепортационное» чувство снова пробуждается.
Аид в это время борется внутри себя — его руки дрожат, будто он пытается удержать собственное тело.
Аид сквозь зубы:
— Я… не… позволю…
Денница с яростью смотрит на него:
— Ты — сосуд. Ничего больше.
Он ударяет по полу, и из-под земли поднимаются черные копья. Одно из них пробивает Аида в плечо, прибивая к стене.
Кованна бросается к нему, но Трэйз перехватывает её, уворачиваясь от очередного взрыва.
В этот момент Ян, до сих пор дрожащий после всего пережитого, достаёт металлическую трубу и орёт:
— Эй, мразь! Я уже один раз умер! Дальше плевать!
Он кидается вперёд. Денница даже не оборачивается — Ян отлетает, как тряпичная кукла, и с трудом встаёт на ноги.
Но Секай Дадиз, тяжело дыша, подходит вперёд.
Он держится за ладонь — там сияет его собственное пятно «95».
Секай:
— Артефакты… работают только через нас.
Он смотрит на ребят:
— Я понял это, когда чуть не умер тогда. Наши жизни — это ключ. Мы… связь между измерениями.
Трэйз:
— Ты хочешь—
Секай перебивает:
— У меня нет ни семьи… ни будущего… и я уже наполовину труп. Если нужен кто-то, кто разрушит эти штуки… пусть буду я.
Денница понимает, что происходит, и бросается к нему.
Но Грок, ревя, прыгает на демона и цепляется зубами в его крыло, оттаскивая.
Секай хватает одновременно Кладу, Бараду и Никто, и в его теле вспыхивает белый свет.
Секай, улыбаясь:
— Ну хотя бы умру красиво…
И свет рвёт пространство.
Три артефакта раскалываются в его руках.
Взрыв света пробивает Денницу насквозь — сущность ревёт, дым валит из ран, он падает на колени.
Грок отлетает в сторону от ударной волны.
Денница, едва удерживаясь:
— Вы… думаете… что победили…?
Но он дрожит, он слаб.
Ребята окружают его.
Зейн поднимает лом.
Трэйз — ржавый клинок.
Ян — трубу.
Кованна стоит за братом.
Рэйз с Дрэйком смотрят на них со стороны.
Аид, освободившийся от контроля, стоит, прижимая исчезающее крыло рукой.
Но Денница вдруг поднимает голову:
— Я отказываюсь… от Него.
И его тело рассыпается на сотню сияющих алмазов, которые с шорохом падают на пол.
Тишина.
Грок, тяжело дыша, поднимает взгляд и указывает дальше по тоннелю.
Там — клетки, в которых девушки из семьи Рэйзовых: Йор, Люмин, Эллисия.
За той стеной было укрытие группировки Синих Игл.
Аид, едва стоя, телепортирует каждой клетке замок прочь, металл рассыпается.
Женщины освобождены.
Йор обнимает Рэйза, дрожа.
Кованна подходит к Трэйзу, прижимаясь к нему нервно:
— Ты жив…
— Ты тоже, — отвечает он.
А Ян поднимает один из рассыпавшихся алмазов, вертит его в пальцах и тихо фыркает:
— Хоть какой-то профит…
Но Трэйз, глядя на остатки портала, понимает:
Это был только предвестник.
Денница умер — но то, что стояло за ним… ещё не пришло.
— Неужели победа? — Спросил Кайло, прервав рассказ.
— Слишком хорошо все кончилось для них. — Дополнил Мино.