Рэй выбежал из шлюза навстречу. Ян и Ковка удерживали дверь, чтобы та не захлопнулась.
Роро ускорился — несмотря на раны.
Платформа уже трещала от тепла двигателя. Сзади мутанты вновь собрались волной.
— ДАВАЙ, РОРО! — кричал Скирсик.
— ДАВАЙ!!! — орали все.
Рэй дотянулся до него первым.
— ДАВАЙ!!! ХВАТАЙСЯ!
Роро прыгнул.
Его гигантская рука схватила Рэя за плечо — и вся тяжесть монстра потянула Рэя назад.
— ТЯНИТЕ!!! — заорал Рэй.
Ковка схватила Рэя за талию.
Тима — Ковку.
Скирсик — Тиму.
Ян — Скирсика.
Цепочка натянулась, как канат.
Роро проревел:
— ЕСЛИ Я СВАЛЮСЬ — НЕ ДЕРЖИТЕ!!! ПУСТЬ ХОТЬ КТО-ТО СПАСЁТСЯ!
— ЗАТКНИСЬ! — крикнула Ковка. — МЫ ТЕБЯ НЕ БРОСИМ!
— НИКОГО НЕ БРОСИМ! — добавил Ян.
И последним рывком вся команда выдернула Роро внутрь.
Он влетел в шлюз как огромный мешок мускулов, три человека оказались сбиты с ног.
Шлюз захлопнулся за секунду до того, как первый мутант ударил в металл.
Замки защёлкнулись.
Тима в кабине закричал:
— МЫ ВЗЛЕТАЕМ!!!
Шаттл дрогнул и рванул вверх.
Все валялись на полу, тяжело дыша.
Роро перевернулся на спину, задыхаясь, и сказал сквозь боль:
— Я… говорил… что я… быстрый.
Скирсик рассмеялся сквозь истерику:
— Быстрый? Ты только что выбрался из АДА! Как ты вообще… это сделал?!
Горилла улыбнулась:
— Силой… и мотивацией… чтобы… больше… не жить на плоту…
Ковка хлопнула его по груди.
— Ты идиот. Но… наш идиот.
Рэй сидел рядом, сжимая руку друга.
— Не смей больше так делать.
Роро кивнул.
— Не буду… если только… не придётся ещё раз.
Рэй хмыкнул:
— Придётся. Мы же с тобой друзья.
Роро рассмеялся — низко, глухо, тепло.
— Тогда я готов.
Ян прислонился к стене, глядя на Рэя и Роро.
Впервые за долгое время он улыбнулся.
— Вот теперь… мы действительно команда.
Шаттл пробил облака, оставляя заражённую Землю далеко внизу.
Шаттл уже третьи сутки несся в космосе.
После адреналина побега наступила тишина — та, что давит сильнее любого врага.
Большинство пассажиров спали в крио-капсулах.
Экипаж двигался мало, экономя воздух и силы.
И только двое почти не отходили друг от друга.
Рэй и Ян.
Рэй сидел у иллюминатора, глядя на черноту космоса.
Его руки дрожали: усталость, стресс, недосказанные страхи.
Ян подошёл со стаканом воды.
— Ты пьёшь меньше всех, — сказал он. — Это опасно.
Рэй взял стакан, но не стал пить.
— У меня нет привычки выполнять распоряжения стажёров, — буркнул он.
Ян улыбнулся:
— А у меня нет привычки слушать упрямых пилотов, которые думают, что бессмертны.
Рэй фыркнул, но всё же сделал глоток.
— Ладно, считай ты победил.
— Я не в игре, — ответил Ян. — Я просто не хочу, чтобы ты рухнул в кабине.
Пауза.
— Ты волнуешься за меня? — спросил Рэй.
— Я волнуюсь за шаттл, — произнёс Ян. — Он у нас один.
Рэй рассмеялся.
— Ладно, ладно… задело.
Они замолчали. Но это было не неловкое молчание.
Это было молчание двух людей, которые впервые почувствовали — рядом тот, с кем можно разделить пустоту.
Позже, когда остальные спали, Ян занял место рядом.
— Рэй… ты ведь злишься. На всех. На себя. На вирус. На судьбу.
Но никто не злится так без причины.
Рэй долго молчал.
Потом тихо сказал:
— Когда эпидемия началась… я был в лётном лагере.
И думал только о том, как вернуться домой.