Здешнее население – семьи восставших под предводительством почившего принца Октиана. В бегах числились десятки мятежников, многие из них пропали ещё двадцать лет назад и до сих пор отлавливались правительством.
Суть задания заключалась в опросе жителей и составлении так называемого режимного листа. Обычно эта работа выполняется Г-ранговыми легионерами – удобный вариант для зелёных первогодок.
– А о чём нам вообще с ними говорить?
Поскольку другим членам группы было не до неё, Рей рискнула спросить у Рена, тут же окинувшего её ледяным взором.
– Об уровне жизни, здоровье, что их не устраивает, – помолчав, он добавил: – Не придавай этому большого значения и не беспокойся о чужих проблемах. Всё, что тебя должно волновать – наш поединок. Кстати относительно этого, завтра я не смогу, уезжаю по делам.
– У меня тоже другие планы, – кивнула Рей. – Давай в воскресенье.
– Договорились, – Рен снова выдержал паузу. – А какие у тебя пла…
Закончить ему помешал оклик члена комиссии, затормозившего у калитки первого объекта проверки. Жилище отличалось скудностью, жильцы – немногословностью.
И так они ходили из дома в дом, задавая одни и те же формальные вопросы и делая одни и те же пометки в неизменно недружелюбной атмосфере.
Куда более радушно, чем все предыдущие, их встретила сгорбленная старушка в шерстяной шали – улыбкой и чаем. Обязанности писаря выпали на долю Рей.
– Итак, Греда Пицбо, верно? – приветливо начала Макиса. – Как вы поживаете? У вас есть какие-нибудь жалобы?
– Что ты, милочка, в моём возрасте поводов для жалоб в избытке, так что постепенно перестаёшь обращать внимание. Просто доживаешь свой век. Если бы не мой сынок, я бы уже давно вознеслась в Арастрас. Мой бедный сын, где же он сейчас?..
Греда взяла со столика картину с портретом молодого человека и с нежностью протёрла рамку.
– Каждый день я жду, что он покажется на пороге, я обниму его, как раньше, поворчу и накормлю любимой похлёбкой… Даже во сне я слышу каждый шорох, каждый скрип, и всё надеюсь, что это Ганзол поднимается на крыльцо… Знать бы, что с ним всё хорошо…
Голос мадам Пицбо переполнялся такой проникновенной болью, что гости внутренне содрогнулись. По сигналу Макисы Рей перелистнула справочный материал и изумлённо приоткрыла рот.
«Единственный родственник – Ганзол Пицбо, умер девятого тривесня от восьмидесятого года четвёртого порядка. Разглашение сведений строго запрещено» – гласила графа семейных связей Греды Пицбо.
– Что это значит? – прошипела Рей на ухо Макисе. – Почему мы должны скрывать смерть её сына?!
– Полагаю, это для её же блага, – с уверенностью прошептала та. – Новость станет для неё слишком страшным ударом.
Уже у двери на прощание мадам Пицбо сердечно обняла всех учеников, кроме Рей, рвавшейся наружу.
– Удачной вам дороги, ребятки. Как мой сыночек отыщется, вы ведь мне расскажете, да? Я буду ждать.
Рей замерла с поднятой над порогом ногой. Сомнения одолевали её пару секунд.
– Не ждите, это бесполезно. Ваш сын мёртв уже как пятнадцать лет. От вас намеренно утаивали правду…
Шустро выскочивший вперёд экзаменатор заслонил её собой и затараторил:
– Госпожа, не слушайте её, девочка не в себе. О вашем сыне ничего…
– Он врёт и нас заставляет лгать, потому что…
Бабах! – Рей вытолкнули на крыльцо, захлопнув за ней дверь. Вскоре из дома показались остальные.
– Что ты творишь?! – слёту выкрикнула Макиса.
Хордан с Филлисе тихонько отступили в сторону.
– А что тебе не нравится? – скрестила руки Рей.
– Как ты могла так поступить? Любую мать сломит весть о гибели её сына! Ты лишила эту несчастную женщину последней надежды, смысла жизни!
– Я открыла ей глаза. Думаешь, власти Реллума из благих побуждений закатывают этот спектакль? Они боятся мятежа, вот и кормят людей сказками.
– Порой ложь помогает облегчить чью-то участь. Потому как правда бывает невыносимо жестока.
Не успела Рей посоветовать Макисе снять розовые очки, как в их спор вмешались:
– Это сугубо твоя личная точка зрения. А каково мнение по этой ситуации самой мадам Пицбо, мы не знаем.
Макиса растерянно захлопала ресницами. Реннет Форфентрол, что не славится участливым нравом, заступился за того, кого на дух не переносит?
– Ты на её стороне?
– Вовсе нет. Объективно констатирую факт, не больше и не меньше.
На крыльце нарисовался взбешённый экзаменатор. Неозвученные проклятия тянулись за ним грозным шлейфом, пока он безмолвно пересекал двор резкой поступью. Макиса первой устремилась вдогонку, Филлисе с Хорданом потрусили за ней.