Хотя, если опять напьётся, как при вторжении ловцов, на спасение могут и забить.
– Ах ты ж! – гаркнул Эрнетт уже повеселевшей интонацией. – Как будто кому-то под силу меня утащить! Да я и без эссенции всем фору дам!
В его взгляде на Рей отразился каскад беспокойных и заботливых чувств.
– И ты тоже не ударь завтра в грязь лицом. Не позорь моё имя и покажи всё, чему научилась. И не забывай, что главное в финте – в этом ключ к совершенному обману.
Воздух угрожающе застыл, отсчитывались секунды до всплеска непогоды, чьё пришествие было так же неотвратимо, как и буря, разразившаяся в библиотеке. Болезненная встреча среди книг принесла лишь бесполезные слова и горький вкус провала…
И вот, возвращаясь к настоящему, Рей Сайлорс, промокшая до нитки и злая как чёрт, пробиралась по кривым улицам зоны бедняков по наводке какого-то местного жителя.
От стука в дверь покосившийся домик с голубой крышей заходил табуном. Из проёма просунула голову худая женщина в скромной одежде, в её глазах едва улавливался серебристый блеск. На приветственную речь Рей она отреагировала безэмоционально и сухо пригласила зайти.
Внутренность жилища была под стать его «внешности» – скудно, тесно и бедно. Из вежливости притронувшись к чаю, Рей собиралась без обиняков перейти к делу, но Минон Озалиос велела ей следовать за собой.
Пламя свечи нарисовало их тени на стене душной комнатёнки. Там же, на кровати, лежал мужчина нездорового вида. Впалые щёки, прерывистое дыхание и бледная кожа – признаки хвори на лицо, однако его взгляд горел безудержной энергией.
– Если ничего не предпринять, Сиера будет и дальше лишаться воспоминаний, – подытожила свой рассказ Рей. – Только вы можете её остановить.
Арбет Озалиос долго откашливался в платок, а затем произнёс сиплым, но вместе с тем твёрдым голосом:
– Это недоразумение. Наша дочь ни к чему такому не причастна.
– Но её состояние ухудшается после каждого экзамена, – возразила Рей, – вряд ли это совпадение…
– Прошу, не вмешивайтесь в наши семейные дела, – резко перебил её Арбет.
Самые кошмарные подозрения Рей подтвердились. Она отвергала их, пыталась выбросить из головы… да и сейчас всё ещё не могла поверить.
– Вы… вы уже знаете? Вы знаете, что Сиера принимает наркотик?
На суровом мужском лице не дрогнул ни мускул.
– Вам не понять. Род Озалиос поколениями хранил верность Единству, пожертвовать всем ради воплощения его проектов – это не вопрос выбора, а дело чести и долга. Уходите и больше не тревожьте нас.
Шок был настолько сильным, что Рей даже не сопротивлялась, когда Минон выволокла её наружу, и вскоре на голову ей вновь обрушился обжигающе холодный душ. Но теперь удары ливня не ощущались ею так же остро.
По мере углубления в окраинную часть Квартала нищих дома редели, вместо них на пустынных каменных тропах тянулись колючие заросли кустарников. Вершину карточной пирамиды венчала одинокая лачуга.
Высокий забор и плотно завешанные окна открытым текстом намекали на нерасположенность к принятию гостей, но Рей этот факт не особо волновал.
– Здравствуйте, – постучала она в дверь. – Вы ведь Ирьяна Толлакт, верно? Мне нужно с вами поговорить.
За стеной послышалось шевеление, но никто не откликнулся.
– Знаю, нагло заявляться без приглашения и вторгаться в частную собственность, но я нуждаюсь в вашей помощи, очень. Моя… я не знаю, кем мы друг другу приходимся, да это и неважно. Её зовут Сиера, она учится вместе со мной в Сифесте, в классе «А». Полагаю, из-за нехватки саарсы она начала употреблять настерму.
Никакой реакции.
– Мне известны некоторые тайны гибели вашего класса, но я не могу их озвучить. Хотела бы, но не могу. Однако в одном я уверена: тот, кто за всем этим стоит, это один и тот же человек, и он работает в Сифесте. Вы тоже знаете имя этого человека, так? Поэтому и отгородились от всех? Я права?.. Права же?
Так и не получив ничего, кроме равнодушного молчания, Рей вовремя опустила кулак, чуть не влетевший в дверь, и сделала глубокий вдох. Никто не обещал, что её примут с распростёртыми объятиями, так к чему вымещать гнев на и без того несчастной отшельнице?
– Я не заставляю вас выходить и тем более давать показания. Просто подайте знак, что я не ошиблась, ради себя или своих погибших друзей. Возможно, мне удастся наказать преступника или убедить заняться этим кого-то другого. Но без вас я не справлюсь.