На полу десятой комнаты по-хозяйски расселась Вирола. Пеона, на голове которой торчали крошечные косички, воспользовалась заминкой своей мучительницы.
– Спасение, – кратко молвила она, перед тем как запрыгнуть на свою кровать.
Тогда Вирола подхватила Рей под руки и усадила подле себя.
– Сайлорс, а ты не робкого десятка! Объявить Форфентролу дуэль, уважаю!
Льюэль с разочарованным хмыканьем уронила голову с ладоней на подушку.
– Это совсем не романтично.
– Не болтай глупостей, не все отношения завязаны на романтике, – прохрустела крекером Карлис.
– Ноттери, а я была уверена, что и ты на Форфентрола глаз положила!
– Меня привлекает его внешность, но ничего более. С Джереоном ему не сравниться! Ах, Джереон, милый Джереон, – Льюэль сжала в объятиях подушку. – Ты мой единственный!
– Нечего мечтать о несбыточном, – резонно упрекнула её Карлис. – Он не абы кто, а будущий император.
– Бутон нашей любви расцветёт в чудесную ночь фестиваля, и мы обменяемся клятвами под луной, – проигнорировала подругу Льюэль. – Скорей бы Троедение!
– Ох уж эта юность, – покивала Вирола с умным видом.
– Что за Троедение? – спросила Рей.
– Это самый известный праздник Реллума, – пояснила ей Карлис. – В первый день пройдёт фестиваль с уличными представлениями, танцами и едой, но главное зрелище – Турнир эссентов. Победитель вправе попросить у императора всё, что пожелает.
– Кстати, Афридж, – встрепенулась Вирола, – ты ведь пожалуешь со своим суженым? Кто же этот счастливчик?
– Это секрет, – загадочно улыбнулась Карлис.
– Всё это очень занимательно, но время ныне больно позднее, – тонко намекнула Рей. – Не страшитесь схлопотать нотаций от Бертины?
В ответ на её предупреждение с кровати грянул храп.
– Да эту соню и землетрясение не разбудит, – прыснула Сиера.
– Расслабься, Сайлорс, – прогудела Вирола. – Лучше поведай нам, в чём твой истинный замысел? Почему добровольно уступаешь лидерство в гонке с Форфентролом?
– Для гордого человека незаслуженное лидерство куда неприятней заслуженного проигрыша. Его ждёт незабываемое унижение, аха-ха-ха! – жутко рассмеялась Рей.
– Порой ты меня пугаешь, – поёжилась Карлис.
– Страшилки перед сном! – щёлкнула пальцами Вирола. – Идея – что надо!
Из-под одеяла вылезла Пеона.
– Чур. Я первая.
До глубокой ночи не утихал девичий шёпот, пока наконец его не сменило дружное посапывание. Убаюканная этим звуком, Рей растворялась в сладком забвении… но чувство тревоги настигло её в последний момент.
– Ха-а-а, – она резко выдохнула и распахнула веки.
Серый потолок, серые стены, безжизненная тишина. Пред ней вновь предстал серый мир, правда, не столь пустой и бесформенный, как ранее.
Её взгляд коснулся серебряных нитей, затем замер на кружевной кроваво-алой ткани. В воспоминаниях забрезжила пустынная улица, улыбка на губах одинокой прохожей, такая искренняя и настоящая, будто из другой вселенной.
И зонт под безразличным вечерним небом, давно иссушившим слёзы.
– Что за?.. – пробормотала Рей, и её незаконченный вопрос повис в воздухе.
В стене был проход, в проходе – дорога, облепленная мраком. Казалось, ей нет конца и края, но стоило сделать шаг, как на пути возник проход в точно такую же серую комнату. Вернее, почти такую же.
Тук-тук – Рей постучала пальцами по стеклу аквариума, но рыбы не обратили на неё внимания. Неясно, сколько времени она так простояла, безотрывно наблюдая за их грациозным танцем.
После чего продолжила идти вперёд, надеясь отыскать выход и смысл в этой безумной ситуации.
Увидела, как напольные часы пробили двенадцатый час. Прослушала игру музыкальной шкатулки с содроганием в сердце. Повертела в руках тряпичную куклу, образ которой был ей хорошо знаком. Любовалась волшебно горящим звёздным небом на картине. И ступала по кроваво-алому полю цветов.
Древние сентрейские народы нарекли ликорис символом смерти. Красивая легенда повествует о запретной любви двух природных духов, разлучённых в наказание. Из-за этого во время цветения листья ликориса засыхают и появляются лишь с увяданием цветов.
Рей не могла не подумать об этом, остановившись перед дверью, вырастающей из поля ликорисов, словно портал в царство мёртвых.
Но она попала в обыкновенный просторный зал. Одна из его стен копировала всё остальное как зеркало.
Всё, кроме Рей.
Может быть, я сейчас, как в той сказке, брожу по стране зазеркалья?
Шаг вперёд. Ещё один шаг, третий – и в отражении всплыл чёрный силуэт!
– Твою налево!
Рей пошевелила рукой. Силуэт пошевелил рукой. Рей помотала головой, и силуэт помотал головой. Рей присела, и силуэт тоже…