– Рей, не заключить ли и нам с тобой пари? Бой в одну минуту! Заблокируешь все мои удары, и я обучу тебя парочке приёмов, а если не сумеешь – будешь моей спутницей на завтрашнем банкете Вивены Лагналирос!
– Так он и правда лучший мечник Сифесты. А я-то думала, Отис мне лапши навешал, – пробормотала Рей себе под нос и с сарказмом переспросила у Джебберта: – Пари с тобой? За дуру меня держишь? Я не вступаю в битвы с нулевым шансом на победу.
– Да ладно, не тушуйся! Ты же тренируешься с кем-то! Или всё так плохо, что ты и парочку ударов отбить не в состоянии? Видимо, твой наставник совсем никудышный.
Взгляд Рей похолодел.
– Ну, ты сам напросился, – процедила она, и Рену, скрипя зубами, пришлось спуститься с арены.
Судья подал сигнал к бою. Джебберт порывисто рассёк мечом сверху вниз, прищурился и в том же темпе атаковал по боковой позиции. Рей удалось безукоризненно уклониться, её движения, скованные напряжением, постепенно набирали силу и отточенность.
Для Рена было очевидно, что Джебберт сражался менее, чем вполсилы, будто проверяя, на что способна его оппонентка. Та, в свою очередь, не выходила за рамки изучаемой в Сифесте программы.
Но вот Джебберт занял опасную стойку – одну ногу отставил назад, а ударную руку отвёл в сторону. Рен быстро смекнул, что последует дальше.
Один из излюбленных приёмчиков Бога стали, где он резко замахивается и проделывает как бы выныривающий снизу-вверх дуговой удар, после чего обводит меч вокруг головы и бьёт по открывшейся зоне врага.
И на этот раз Джебберт не намеревался играть в поддавки – Рей в последний момент смогла блокировать прилетевшую из-под низа разящую волну.
Рен выругался. Всё кончено, в таком положении даже профессионал не переместит точку защиты, а новичок тем более!
Но Рей и не попыталась выставить блок, а совершила нечто непредвиденное – перебросила меч из одной руки в другую! Столкнувшиеся лезвия заскрежетали за мгновение до того, как зазвенел секундомер.
Этот переброс… Неужели её наставник это…
Оставив фехтовальную арену за спиной, Рен, глубоко погруженный в раздумья, не заметил, как их затянуло в водоворот здоровенной толпы, обступившей броскую сцену, где проходил какой-то конкурс.
– Сайлорс, Форфентрол! – из потока зрителей вылезла Вирола. – А я вас везде ищу! Давайте поддержим Драска, он уже в финале!
Как выяснилось, в её группе болельщиков были и другие А-ранговые первогодки, судя по всему, похищенные таким же образом.
– Таллер, ты первее всех почистил сотню картофелин, был лучшим в мытье посуды, проявил себя замечательным поваром, в связи с чем по праву получаешь звание самого хозяйственного парня! Поделись своими впечатлениями!
Угрюмый финалист потребовал, чтобы ему уже отдали приз, или он заберёт его силой. Это развеселило публику, а вот бедной ведущей было не до смеха.
– Кхм, итак, Таллер, твой приз – глауфония, уникальный цветок, живущий всего одним днём! Её лепестки не сравнимы ни с одной сладостью в мире и, держу пари, ты старался добыть это угощение для той, кто украла твоё сердце! Однако перед этим тебе нужно…
В глазах Таллера зажёгся недобрый огонёк.
– Кхм-кхм, тебе нужно ответить на три вопроса. Отвечай честно или… – женщина нервно сглотнула, – награды тебе не видать! – она в страхе зажмурилась. – Как зовут ту счастливицу, которой ты подаришь приз? Поведал ли ты ей о своих чувствах или цветок и станет твоим признанием? Смотрит ли твоя любимая на тебя прямо сейчас?
К концу своей речи ведущая уже отступила на самый край сцены. Публика затихла в предвкушении.
Таллер поднял руку и указал на кого-то в первом ряду. Народ зашелестел, десятки взоров облепили симпатичную девушку, чья аура испускала рассудительное спокойствие.
– Её зовут Карлис, мы уже встречаемся и сюсюкаться на потеху вам не станем. Зарубите себе на носу: я бы ни за что не ввязался в этот идиотизм, если бы не мечта моей девушки. Теперь вы отдадите мне приз?
– Карлис и Таллер? Не верю! – выкрикнул кто-то из А-ранговых первогодок.
– Во дают! Им надо в шпионы податься, а то такой талант пропадёт!
Лишь двое учеников Сифесты зависали с постными минами. Обменявшись кивками, они рванули наутёк. Последнее состязание друг с другом волновало их куда больше чужих отношений!
– Сайлорс, только не говори мне, что это… это…
Хмельной гогот, разгорячённые крики. Табачный дым и звон монет. Карты, кости и фишки…
– Ого, очень похоже на игорный дом, – Джебберт с любопытством разглядывал шатёр, спрятанный на окраине улицы.