– Потому что это он и есть, – закатил глаза Рен. – Такое вообще законно?
– Ну, гвардейцев пока что нет, значит, законно, – пожала плечами Рей.
«Пока что»? То есть ты не исключаешь их появление?!
И вот Рей уже тасовала колоду, а Рен, как загипнотизированный, следил за движениями её рук. Нет, не потому, что продумывал стратегии, а просто-напросто от безысходности.
Ведь он совершенно не разбирался в правилах этой игры!
– Не падай духом, я тебе подсоблю, – ткнул его локтём Джебберт. – А то глазам уже больно созерцать твои страдания.
Ради победы над ней Рен готов был подписаться на любые увёртки и жертвы. Но этого его гордость не переживёт!
– Только расскажи сперва, – шепнул Джебберт, – что делать-то надо?
– … – Рен не удержался от удара по лбу.
По прошествии часа.
– И что ты от меня хочешь?
На гору денег упала ещё одна монетка. Рей пододвинула выигрыш к себе и опустила подбородок на скрещённые ладони.
– Дуэли на мечах, после всех экзаменов. Выбор места за мной.
– Но зачем тебе это? – опешил Рен. – Потребовала бы держаться от тебя подальше, к чему такие сложности?
От пронзительного взгляда Рей его сердце предательски дрогнуло.
– Какой в этом смысл? Ты же всё равно не успокоишься и продолжишь охотиться за воображаемыми доказательствами моего шпионства.
С этим очевидным фактом Рен не посмел спорить.
– Ввиду этого, решим всё в настоящем поединке. Побеждаю я, и ты забываешь о моём существовании.
– А если победа будет за мной?
– Выложу все свои тайны подчистую.
Они скрепили новое пари рукопожатием.
– Вот и чудненько, – Рей невозмутимо перетасовала колоду. – Ну что, ещё по партийке?
– Нет!! – в унисон выпалили парни.
Вместо этого они примкнули к толпе, спешащей в грандиозный Колосс, где намечалась развязка турнира. Такое зрелище нельзя было пропустить!
Кольцевидные ряды амфитеатра отличались просторностью, зрители могли свободно перемещаться и чередовать сидячую и стоячую позы, но не в прилегающей к сцене зоне – та была забита битком.
Сборщики ставок, заприметив новую компанию, коршунами слетелись за новой порцией монет, но получили от ворот поворот.
– Пора определяться. Давай выберем Джереона!
– Крифс Меннернеллум – сильнейший, последние пять лет он занимал первенство. Рискованно перечить статистике, – шушукались два ученика Сифесты, косо посматривающие на сборщиков ставок.
– Когда речь идёт о Джереоне Лагналиросе, всякая статистика трещит по швам. Да и по уровню саарсы у него преимущество.
– Разве? Я думал, у них наравне.
– У Джереона на одну единицу больше, – вставил Джебберт, обернувшись на задний ряд. – О, а эти ребята не из вашего класса?
– Хах, Рей, вижу, для тебя уже в порядке вещей с членами имперской семьи дружбу водить, – съехидничал Селим. – Не увлекайся, а то войдёшь во вкус.
– Дружбу? – скривилась Рей. – Предпочла бы ни с кем из них не знаться, но чуть ли не у всей имперской семьи претензии к моей персоне.
– У меня нет претензий! – не согласился Джебберт.
Его шёпотом подозвал Реминий.
– Как считаешь, кто из финальной четвёрки самый сильный?
– Что ж, пожалуй, шансы на победу у Меннернеллума и Джереона равные. А вот насчёт самого сильного – как по мне, так этого звания заслуживает Веста. Но ставить на неё не советую, ибо…
– Кхм-кхм.
Над Джеббертом возвышался мертвенно-бледный юноша с чуть прищуренными холодными глазами. У него и его сопровождающей на левом плече красовалась чёрная повязка с красным крестом.
– Давно не виделись, Седвар.
– Да, – сухо кивнул сын канцлера и перевёл взор наверх. – Эбернот, Норлинг, вы ещё с начала турнира проявляете чрезмерно большую заинтересованность к ставочникам. Снятие баллов ничего для вас не значит?
– О чём это ты толкуешь? – захлопал ресницами Селим.
Следом за ним и Реминий нагловато откинулся на перегородку.
– Мы всего-навсего обсуждали финалистов турнира. Это запрещено?
Бертина сгладила ситуацию своей фирменной неестественной улыбкой:
– Мальчики, вы же знаете, что учащимся академий недозволительно принимать участие в азартной деятельности. Студентам Сифесты не должно гоняться за нечестной наживой!
– А игра в карты на деньги – тоже азартная деятельность?
На Джебберта шикнули с двух сторон.
– А почему ты спрашиваешь? – глаза Седвара сузились в узкие щёлочки.
ТУ-ДУ-ДУ-ДУМ!!! По Колоссу прокатился звеняще-барабанный грохот. Раскатистый голос, льющийся из повышающего громкость артефакта, объявил финальный этап турнира открытым.
Седвар с досадой дёрнул бровью и зашагал прочь, Бертина потрусила за ним.