Глава 2
Можно ли назвать космическое тело без атмосферы, с потухшим ядром и без гравитации спутником? Перед нами предстало именно это, похожее на нечто давно изъеденное червями. Найти, где проходит гонка, оказалось нетрудно: гонщики, зрители и их спонсоры совсем не беспокоились о сокрытии. Светомузыка, рекламные флаги и посадочные огни ярко освещали импровизированный город. На моё удивление это не было событие в чистом поле. Кто-то позаботился о постройке примитивного городка, который состоял из корпусов нескольких кораблей, энергощитов и шлюзов.
— Они, должно быть, потратили месяц на создание этого города и кучу ресурсов, – заметил Кано. – Представляешь, сколько должны были заплатить фирмы, чтобы получить площадку покрупнее, чтобы не ютиться в шкафу?
— Наверняка цена фиксированная, – отмахнулся я, подводя нас к входному шлюзу, – Не уверен, что кто-то будет много платить за то, что просуществует месяц.
Контрабандист кивнул несколько раз, соглашаясь с моим домыслом, после чего надел наушники.
— Шаттл Т-6, код 7542-АВ. Просим разрешения на посадку.
— Шлюз 12. Ожидайте, – послышался голос.
Кано допил пиво и убрал бутылку в подсумок. Он не собирался оставлять улики против него на корабле.
— 12 шлюз, Мат, – заметил Кает. – Если это не кодировка, то они готовы в любой момент организовать побег всех участников.
— Вот только зачем им это? Мне отсюда не видно, чем занимаются внутри. Можно прикинуться дурачками и сделать вид, что идёт попытка заселения спутника и никого не впускать ради поддержания экологического баланса.
— Для терраформирования нужно хотя бы орбиту иметь, – усмехнулся дурос.
— А пока её нет можно ограничиться созданием портативного города, – парировал я мнение хитрого брата.
— 7542-АВ, вам разрешена посадка на площадке KC-9, – прервал нас голос диспетчера, – Вас ожидают.
Я направил корабль к подсвеченной красным части города. Шлюз открылся, пропуская нас сквозь защитный экран, который не позволял вакууму вытянуть находившихся в городе в космос. К тому же, как я успел увидеть, место стыковки было экранировано дважды. Когда мы вошли в док, шлюз за нами сразу же закрылся. Далее предстояло пролететь несколько километров до посадочного места, так как ближайшие к шлюзу места были заняты звездолётами особо важных персон. Такое социальное разделение раздражало, но это была чуждая Ордену культура, а значит моё мнение тут не имеет значения. Кано же выглядел в отличие от меня счастливым. Он широко улыбался, глядя на импровизированные улицы за пределами доков, свежесваренные стены и парочку гуманоидов, снующих меж этих стен. Когда же мы пристыковались, он в момент отстегнулся от кресла, снял наушники и убежал из кокпита, оставив меня заканчивать посадку. Я хотел было улыбнуться ему вслед, так как трап нужно было ещё разблокировать, но дурос залез в начинку настенной панели и что-то замкнул. Закрыв ящик, он нажал панели у шлюза и выпрыгнул из корабля, едва открылись двери.
— Кано! Стой! – крикнул ему вслед, заканчивая процедуру посадки. Вот только джедай уже покинул корабль.
Мне понадобилось пять минут, чтобы перекрыть подачу топлива, заблокировать двигатели и убедиться в безопасности бортового компьютера. Подойдя к щитку, я не заметил никаких изменений. Невозможно было даже понять, что Каетано сделал такого, что обошёл защиту от разгерметизации. Я потратил ещё пять минут на тестирование, показавшие, что произошла перезагрузка системы разгерметизации. Видимо, Кано вызвал короткое замыкание, а в ту секунду, пока компьютер отключил защиту, успел открыть шлюз. Странно, что подобная слабость присутствовала в программе корабля.
— R4, займись проверкой систем. Стандартное обслуживание внутри корабля. Протокол безопасности – 3.
Дроид пропиликал, принимая задачу. Протокол 3-го уровня опасности говорил о присутствии снаружи разумных существ, способных угнать звездолёт. Согласно ему, дроид должен был держать корабль герметичным, отлаживать нужные системы и, если летательный аппарат подвергнется нападению, должен отправить сигнал бедствия владельцам, ни в коем случае не нарушая герметизацию. Если кто начнёт разрушать корпус - это проблема бортмеханика, так как дроиды небоеспособны.
Снаружи Кано говорил с кем-то из расы йинчорри, которые появились в Республике около тридцати лет назад. Их не хотели брать в состав из-за низкого уровня развития, но, в конце концов, эти гуманоидные ящеры заслужили своё место в Сенате. Рациональные воины – вот как их описывал вступивший в контакт посол-джедай. Он же отмечал, что договориться с ними проблематично: не терпят обмана, сохраняют рационализм практически в любой ситуации, но ксенофобны и невосприимчивы к влиянию Силы. До признания Республикой их пытались использовать в качестве рабов, но каждый такой раб либо стоил жизни нескольким охотникам, либо умирал от истощения, не принося никакой выгоды. Кано же надеялся явно на кооперацию, глядя, как он общался с наблюдателем дока.