– Ха-ха! Хватит приукрашивать! – С порывом весеннего ветра отца и дочь накрыла небольшая волна лепестков вишни. – Сижун сейчас для меня как неприступная крепость. То идет на сближение, то отдаляется. Я вообще не понимаю, что у него на уме.
– Если тебе он все еще нравится, то сделай шаг ему навстречу. Папа тебя только поддержит в этом!
– Лучше скажи, чем ты будешь заниматься после выхода на пенсию. – Чаоси начала смахивать с себя лепестки.
– Не хочешь переехать ко мне? Попробуем жить вместе.
– Посмотрим. – Чаоси встала. – Пойду посмотрю косметику в магазинчике.
– Как? Надо же еще обязательно загадать желание! Мы же, как-никак, в храме. – Отец указал на располагавшийся неподалеку павильон с множеством деревянных табличек, на которых были выведены заветные желания на всех языках мира.
– Я не люблю загадывать желания. Все желания, которые я в детстве загадывала, так и не сбылись. – Чаоси повесила на плечо сумку.
– Обожди тогда. Мне еще в туалет надо. – Прихрамывая, отец дошел до павильона, купил себе табличку и стал сосредоточенно что-то на ней писать.
Видя, как сильно папа сдал, Чаоси подивилась тому, как быстро летит время. Куда пропали уверенность и сила, которые отец излучал всего пять лет назад? Наверно, случайные прохожие видели в нем не бравого капитана, а обычного пожилого человека. Жизненные силы, кажется, оставили его, когда он узнал последнюю волю жены. Перед Чаоси предстал уже не совсем человек, а душа, держащаяся за тело, которое ей было немило. Только в компании дочери капитан демонстрировал прежнюю браваду. Чаоси спросила себя: не произойдет ли с ним после выхода на пенсию все то же, что произошло с мамой? Не будет ли и он просиживать ночь за ночью в ожидании дня?
Повесив табличку на видное место, отец с довольным видом пошел в уборную. Не удержавшись, Чаоси подошла к павильону, чтобы прочитать папино пожелание. На табличке корявым почерком было написано: «Пусть Чаоси не знает забот и найдет себе человека, с которым встретит старость». Она тайком сняла табличку и закинула к себе в сумку. Чаоси собиралась пронести с собой по жизни самые добрые папины пожелания.
Глава 40
На четвертый день плавания лайнер рано утром прибыл в южнокорейский город Пусан. Услышав объявление о сборе желающих сойти на берег, Чаоси поспешила к двери. В коридоре обнаружился смущенно возившийся с телефоном Сижун.
– Ух! Ты меня напугал! Что ты здесь делаешь?
– Мы же вроде договорились? У меня сегодня выходной. Могу сходить с тобой на берег. Ты забыла? – Он убрал мобильник в карман брюк.
– Нет-нет, все помню. Ты просто в последний раз так скривился. Я подумала, что ты больше и общаться со мной не захочешь.
– Я… – Сижун запнулся, но почти сразу же расслабился и сдался. – Ладно! Признаю, я серьезно облажался. За что и получил от тебя нагоняй по заслугам.
Чаоси в ответ обеими руками показала ему победный жест.
– Какая же ты вредная! – Он засмеялся и закатил глаза к потолку.
Сойдя на берег, Чаоси взяла Сижуна под руку и голосом, полным нежности, поинтересовалась:
– Ну и куда мы отправимся, милый?
Парень встал с задумчивым видом, будто бы у него в голове прокручивались кадры из прошлых визитов в Пусан. Чаоси же, мелодично повторяя вопрос, прильнула к нему.
– Осторожно. – Сижун отстранился, сохраняя дистанцию между ними. Он опасался снова потерять голову.
– Тогда и руку мою возвращай. – И Чаоси отстранилась от него.
Сижун припомнил день их расставания. Он тогда хотел просто погулять и в последний раз насладиться компанией друг друга, чтобы поставить красивую точку в их отношениях. Может быть, Чаоси в этот раз хотела последовать его примеру? Подарить им замечательное воспоминание на прощание? И Сижун рассудил, что хватит корчить из себя недотрогу. Лучше уж насладиться теми небольшими радостями, которые им было дано испытать.
– Что с тобой поделать – я не знаю! – Сижун передал себя целиком в распоряжение Чаоси. – Ты-то куда хочешь? Куда скажешь, туда и поедем.
– Здесь вроде бы есть милая деревенька Камчхон. Домики на склоне горы. А на самом верху статуя Маленького принца из сказки. Я все надеялась, что у нас когда-нибудь будет возможность туда попасть…
Чаоси в первый раз с момента их воссоединения высказалась столь открыто о своих чувствах. В глазах Сижуна промелькнуло изумление, но оно быстро сменилось радостью.
– Тогда поехали.
Такси с трудом поднялось в гору по узенькому серпантину и, наконец, остановилось на входе в деревню Камчхон. Взявшись за руки, Чаоси и Сижун побрели между ярких росписей на стенах, аккуратных домиков, магазинчиков, торгующих аксессуарами и изделиями ручной работы, и концептуальных кофеен. Лишь изредка они останавливались, чтобы сфотографироваться или попробовать местные деликатесы. Они разделили на двоих одэн – рыбные клëцки по-корейски. Выглядели Чаоси и Сижун как влюбленная парочка.