Органам ОГПУ предписывалось арестовывать беглецов с Украины и Северного Кавказа, фильтровать, выявлять контрреволюционеров, а остальных принудительно возвращать в места постоянного проживания. К весне 1933 чекисты задержали 219460 человек, из которых 186588 вернули назад, на голодную смерть, а более 30 тыс. репрессировали.
Как, впечатляет??? Думаю, что после прочтения этого письма Вы лучше представите, какую политику проводил тов. Сталин и поймёте, ЧТО чувствовали крестьянки, когда их дети умирали от голода.»
Капнула последняя капля. Еще, если честно, я втайне надеялся, что хоть кто-то из левых историков займется этими письмами Шолохова, надеялся, что не придется мне, потому что, как я написал в самом начале — и так уже. Уже лет 5–6 как надеялся. Но все молчат, как в рот чего-то набрали. Да и надежда на этих паршивцев, называемых левыми историками, была, опять же — честно, глупой и эфемерной. Нашел на кого надеяться!
Письма, написанные Шолоховым Сталину о перегибах в вопросах хлебозаготовок, конечно — ужас, ужас, ужас и кошмар! Кровавая, страшная ночь опустилась на донскую землю. На огнедышащих драконах прискакали в станицы и хутора зондеркоманды… Какие к чертовой матери зондеркоманды?! Эссовцы — щенки лопоухие по сравнению с той свирепой сатанинской сворой, которая набросилась на казаков-колхозников. В комментарии некоторые зверства перечислены. Но не все. Там были вообще страшные вещи. Самая жуткая пытка, описанная Шолоховым:
«В Кружилинском колхозе уполномоченный РК Ковтун на собрании 6 бригады спрашивает у колхозника: „Где хлеб зарыл?“ — „Не зарывал, товарищ!“ — „Не зарывал? А, ну, высовывай язык! Стой так!“. Шестьдесят взрослых людей, советских граждан, по приказу уполномоченного по очереди высовывают языки и стоят так, истекая слюной, пока уполномоченный в течение часа произносит обличающую речь. Такую же штуку проделал Ковтун и в 7 и в 8 бригадах; с той только разницей, что в тех бригадах он помимо высовывания языков заставлял еще становиться на колени.»
Эту картину даже представить страшно — мороз по коже. Шестьдесят человек стоят с высунутыми языками! А вот еще:
«Уполномоченный РО ОГПУ Яковлев с оперативной группой проводил в Верхне-Чирском колхозе собрание. Школу топили до одурения. Раздеваться не приказывали. Рядом имели „прохладную“ комнату, куда выводили с собрания для „индивидуальной обработки“. Проводившие собрание сменялись, их было 5 чел., но колхозники были одни и те же… Собрание длилось без перерыва более суток.»
А одну колхозницу выселили с грудным ребенком на мороз и она бегала по улицам станицы, пока ребенок не замерз. И таким издевательствам подверглись 1090 семей. Шолохов точно их подсчитал. Сам. Не 1091 или 1092, а именно 1090.
Правильно, историк Ленка Прудникова, которая влюблена в Берию, говорит, что хоть царя и скинули, но власть как привыкла при царе пороть народ, так и при большевиках продолжала пороть. Тех, кто после Гражданской войны выжил, конечно. Вот и Шолохов Сталину написал про средневековые пытки.
Только я не Ленка Прудникова, даже не потому, что я Берию не люблю, я вообще не историк, а ветеринар, а ветеринары — это такие люди, которые ни на визг, ни на громкое мычание особо не реагируют, мы к этому привычные. А главное, если скотина громко мычит, то нам интересно узнать причину такого ее поведения. Мы до причины докапываемся, это у нас профессиональное. И мне интересно узнать, зачем эти сатанисты-большевики так зверствовали над казаками-колхозниками, чего они добиться хотели? Шолохов это так объясняет: «…добиваясь непомерных хлебосдач». Всё логично. Колхозники не хотели непомерно хлеба сдать и поэтому к ним нагрянула зондеркоманда. Только письмо Шолохова, извините, датировано 4 апреля 1933 года. И всё. Бзынь! 19 января 1933 года контрактационная система государственных закупок была заменена на «имеющие силу налога твердые обязательства по сдаче зерна государству по установленным государственным ценам» Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б). И в этом постановлении был еще пункт:
«Безусловно воспрещается местным органам власти и заготовительным органам допускать встречные планы или налагать на колхозы и единоличные хозяйства обязательства по сдаче зерна, превышающие погектарные нормы, установленные настоящим законом. Все излишки хлеба после выполнения обязательств сдачи государству зерна остаются в полном распоряжении самих колхозов, колхозников и единоличников.»