Тут уже и я запутался. То я у тебя, Саша Серегин, совсем не умею в марксизм, «Вы показали незнание марксизма…», то мои книги надо читать марксистам в обязательном порядке, «чтобы верно оценивать нынешнее состояние идейного социалистического течения на постсоветском пространстве».
Ты уж, как говориться хоть избито, но правильно — либо трусы, Серегин, надень, либо крестик сними…
А после этих твоих слов, малолетний люмпен:
«В организации „1957-х“ никого, кроме Балаева, не читают, ведь марксизма не знают. Балаев, кроме демагогии и пересказа прошлых изысканий, ничего предложить пока не способен. Он под эгидой кружка распространяет вреднейшие идеи и о кружках как явлении, и о понимании, какой должна быть ленинская партия, и „об инстинкте расширенного потребления“, есесна. И чёрт ещё знает, сколько там у них написано глупостей. Балаев и прочие в своих ЖЖ пишут, как в той сказке горшочек варит. Остаётся только пожелать: „Горшочек, не вари!“, — чтоб спасти те книги, которые „1957-е“ с упорством „горшочка“ хоронят под графоманской кашей». —
остается только сказать: «Говнюк ты, Саша. Мелкий говнюк».
И раз ты Ленина читаешь, то Ленин про таких, как ты:
«„Свобода критики“ — это, несомненно, самый модный лозунг в настоящее время, всего чаще употребляемый в спорах между социалистами и демократами всех стран. На первый взгляд, трудно себе представить что-либо более странное, чем эти торжественные ссылки одной из спорящих сторон на свободу критики. Неужели из среды передовых партий раздались голоса против того конституционного закона большинства европейских стран, который обеспечивает свободу науки и научного исследования? „Тут что-то не так!“ — должен будет сказать себе всякий сторонний человек, который услыхал повторяемый на всех перекрестках модный лозунг, но не вник еще в сущность разногласия между спорящими. „Этот лозунг, очевидно, одно из тех условных словечек, которые, как клички, узаконяются употреблением и становятся почти нарицательными именами“.
„Догматизм, доктринерство“, „окостенение партии — неизбежное наказание за насильственное зашнуровывание мысли“, — таковы те враги, против которых рыцарски ополчаются поборники „свободы критики“ в „Раб. Деле“. — Мы очень рады постановке на очередь этого вопроса и предложили бы только дополнить его другим вопросом:
А судьи кто?»
Ты кто, Серегин? Читатель моих книг по ютубу — почти весь ты. Критик-недоросль.
Ну и, в конце концов, ты сам себя полностью «распаковал», оправдывая свою непартийность тем, что пока рано:
«И уже только потом, когда группы, организации, кружки станут на большевистские рельсы в изучении марксизма, станут изучать историю партии не по ревизионистским лекалам, а с учётом всего массива имеющихся данных, когда будут изучать социализм как живую науку, опираясь на классиков, а не на слова медийных гуру, той ли иной величины, только тогда придёт то долгожданное время, когда можно будет однажды сказать:
Есть такая партия!
Увидимся в будущем пока!»
Насчет твоего будущего, с кем ты там увидишься, большой вопрос. А в настоящем ты уже встретился и с Сёминым, и с Климом Жуковым, и со всеми другими, которых ты сам же критиковал за… непартийность, за то, что они ждут зарождения в пролетариате классового сознания. А! Ты другой! Ты зарождения этого сознания в кружках ожидаешь!
Это фиаско, Саша. Как правильно написал тебе один комментатор: «Этот Хам сломался. Несите другого».
Ты сам себе подписал приговор, как блогеру. Ту аудиторию, которую ты получил на мне, ты уже потерял. Аудиторию Жукова или Семина ты не получишь, ты перед ними себя скомпрометировал. У тебя останется кучка недоумков навроде написавшего тебе такое:
«@thisIsVasilius
Что если движение 1957 — это *проект*, который издал уникальные ценные книги, которые потом предназначено, по заданию, слить вот этими вот этими всеми акциями руководства.»
Там у тебя таких хватает. Только понимаешь ли в чем дело, эти придурки не донатят, они просто твой хайп жрать будут и писать такие комментарии. Да и за что тебе платить будут люди? За то, за что они уже Сёмину и Жукову платят? Мне мои читатели помогают, это даже по их требованию когда-то я стал оставлять реквизиты моих карточек, но мои читатели знают, что я делаю и ради чего я работаю. А ты ради чего, Саша?