Смотрите, вот суд над группой народовольцев, в которой был Александр Ульянов. За покушение на царя судят. Последнее слово брата Ленина. И Александр Ульянов в этом последнем слове не говорит же, что его следователь оклеветал, что они не хотели царя убить. Наоборот, он заявляет, что правильно хотели, мол, судите меня по вашим царским законам, но вас убивать, сволочей, надо.
Но ты же, Николай Николаевич, не Александр Ульянов, ты же Путина не хотел убить, наоборот, ты криком кричал, что никакого экстремизма не планировал! Так в чем проблема была сказать, что ты не планировал, но следователь так расценил, так если следователь так расценил, то давайте следователя успокоим и некоторые вещи из соцсетей удалим, дополнительно разъясним, чтобы сомнений никаких не было!? Т. е., устраним и предупредим вредные последствия. А адвокат потом напишет ходатайство: «Мой клиент всё устранил, удалил, исправил, со следствием не ругался, даже, наоборот, помогал и содействовал, прошу учесть и прекратить политические репрессии в связи с деятельным раскаянием». И можно было даже без судимости, тапок не замочив, из этой истории выскользнуть. Вполне можно было добиться прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Если бы даже нет, то более, чем реально можно было получить минимальное наказание по той статье, что Платошкину вменяли — 300 тысяч штрафа. У обвинения и суда в случае нормального поведения обвиняемого не было бы никаких правовых оснований применять наказание выше минимального. И гражданин Платошкин мог уже быть депутатом Государственной Думы. В результате же избранной линии защиты (следователь — козел, прокурор — сука, судью — на мыло), максимальный штраф — 700 тысяч и минимальный срок лишения свободы по этой статье — 5 лет. Единственное, судья сжалился над этим дураком, который сам себе всё накрутил, и лишил его свободы условно.
Ладно, хоть не из узилища теперь Николай Николаевич гордится политической деятельностью депутата ГД Анжелики Глазковой. А ведь мог бы и сам летать по регионам помогать своим избирателям, а не так, как сейчас. Сейчас тоже летает, но как товарищ Глазков.
Всё могло закончиться за месяц, максимум, но длилось года полтора. И полтора года работа адвокатов оплачивалась. А потом еще обжалование приговора было в городском суде. Там Платошкина тоже пожалели, срок условного заключения скостили на три месяца и штраф уменьшили до 500 тысяч. Дальше товарищ Глазков обжаловать не стал. Наверно, он стал о чем-то догадываться.
Ну и третий наш персонаж — Серега Удальцов. Жирным шрифтом.
Про Серегу только жирным! И про Виолетту Волкову. Вы не знаете, кто такая Виолетта Волкова? Вы уже забыли, как три дуры в церкви вприсядку плясали, распевая похабные частушки? Так Виолетта была их адвокатом. Так даже эти дуры догадались, что Виолетта на всю голову не очень здоровая и не их защищает, а с режимом в статусе адвоката борется, поэтому ведёт дело к тому, что все дуры получат максимально строго и максимально много, чтобы прогрессивная общественность жестокостью путинизма возмутилась. И от услуг Виолетты даже дуры отказались.
А ныне по сети глумливые граждане распространяют такую картинку:
Да, адвокатом у Сереги Удальцова — Виолетта Волкова. Потому что Серега гораздо умнее Платошкина, хоть и МГИМО не заканчивал. Платошкин адвокату за свой обвинительный приговор платил, и гонорары там не малые, надо сказать, а Виолетта вызвалась Удальцова защищать бесплатно. Т. е., сядет Серега Удальцов на максимальный срок бесплатно. А ведь мог и Абозова взять адвокатом…
А перед тем, как продолжить, перейти к тому, как мы с вами должны себя вести в случае возникновения нештатной ситуации связанной с уголовным преследованием за «политику», я хочу предложить вам статью опытнейшего адвоката, и, не дай бог, конечно, но такого адвоката всем желаю. Особенно Алексею Чернышеву рекомендую эту статью. Алексей, не я начал, вы начали. Мы с вами хоть и недолго, но знакомы, и знакомы по-хорошему, за конфликтами я не гонюсь и не ищу их, мне их без поиска хватает, но почему-то вы посчитали мои посты наездами на вас лично. Хотя, внимательно прочитайте — я даже не осуждаю вас за тактику защиты Мухина. Чего осуждать, если Мухин из тех людей, которых в любом обществе через полчаса общения называют невменяемыми. Он сам себе авокад. И адвоката Обозова за тактику защиты Платошкина не осуждаю. Но вы в запале сначала в комментарии, а потом в письмах понаписали черт знает что, поэтому я отвечу на ваше второе письмо, выражения постараюсь помягче выбирать, но вам будет неприятно. А пока статья доктора юридических наук Дядькина Дмитрия в «Адвокатской газете» за 2016 год: