Ладно, общагу дали, уже легче. Мать 40 рублей прислала. В принципе, одежда пока была, зубная щетка тоже, на месяц можно было растянуть, если стараться обедать в столовой Инструментального завода, он рядом с главным корпусом нашего института был, а на первом курсе почти все занятия проходили либо там, где главный корпус, на проспекте Острякова, либо на Некрасовской, в анатомическом корпусе, это тоже рядом от завода — одна остановка.
В рабочей столовой пообедать можно было за 70–80 копеек нормально, в ОРСовских столовых, тем более в нашей институтской рыгаловке — в рубль не уложишься.
Но тут на туфле отклеилась подошва! Сука! Не везет, так полосой! Обычные говнодавы, купленные за 20 рублей. С этой советской обувью — интересная фигня была, всё, что до 40-го размера, детская — износа нет, от 40-го — какими-то соплями склеено. Выручил Юрка Минаев, у него эпоксидка была, дал подклеить. Приклеил подошву, почти сразу супинатор сломался, каблук назад уехал. Всё, ходить нельзя в этих говнодавах. Хорошо, что кеды были. Но в кедах же не будешь все время ходить, ты же не на стадионе! Надо где-то брать деньги на обувь.
Слышал, что можно на ж/д станции заработать на разовых нарядах, разгружать вагоны, недалеко от института была станция «Первая речка». Пошел туда. Где что искать — хрен его знает, увидел женщину в железнодорожной форме, подошел, спросил, она объяснила. Набирали грузчиков на цемент, вагоны пришли. Цемент в мешках. Старший меня брать не хотел, 17 лет — пацан еще и одет чисто. Уговорил. Нормально получилось, растаскали два вагона, в кассе получили по 15 рублей. Уделался, правда, как черт в цементной пыли. Ничего, рубашка запасная есть, брюки отстирал, утюгом просушил, в следующий раз на разгрузку трикушку взял. Пару недель после занятий походил на станцию — сотня скопилась. У Юрки был знакомый фарцовщик, принес нормальные туфли, ГДРовские, за 60 рублей, со скидкой Юрка договорился. Хоть и в три раза дороже, чем советские говнодавы, зато подошва не отлетает, два года в них ходил. С обувью пока проблема решена.
Но сентябрь заканчивался, стало холодать, уже вечером на станцию не походишь в рубашечке и трико, уже теплая одежда нужна — спецодежда, рабочая одежда. Но ты же на медика поехал учиться, а не грузчиком работать, с собой ватник и рабочие штаны не взял. Разгрузка вагонов — не выход. Выход — в больницу устраиваться, со второго курса уже много студентов работало санитарами в больницах.
Я уже не помню, почему именно я устраивался в Краевой онкологический диспансер, в торакальное отделение, кто-то посоветовал, наверно. Пришел к заведующему отделением, спросил насчет работы. Очень хороший человек и редкий хирург. Берут, только разрешение от института нужно, первокурсников запрещено принимать на работу без разрешения деканата.
Пошел снова к Щепкину. Со мной Роберт Троцкий увязался, тоже захотел пойти работать, он же пока вольным слушателем был и у него тоже стипендии не было. Роберт из Находки, отец в порту работал, мать — уже не помню где, кроме него в семье еще сестра младшая была, вроде семья вполне среднего достатка, но… Короче, наши родители не понимали, что жить в семье человеку дешевле, чем студенту, Роберту тоже не хватало присылаемых родителями денег.
Декан разрешение на работу дал без проблем. Хоть доцент Щепкин и был профессорским сынком, но человеком был понимающим. Ставка санитара — 70 рублей. На ставку — 10 дежурств в месяц, сутки через двое, по 16 часов, с 16.00 до 8.00. Я еще взял дополнительно три дежурства, в районе 90 рублей получил за первый месяц.
Фуууу! Денежная проблема решена! Жить можно!..
Денежная проблема решена, а что с учебой стало? Судите сами, если работать на одну ставку санитаром, это 70 рублей в месяц, без стипендии — только-только себя содержать, это 10 дежурств по 16 часов каждое в месяц. К 15.00 в институте обычно занятия заканчивались, были пары, которые заканчивались после 16.00, но это редко, одна в неделю, выпадает на твою смену в больнице — ее просто пропускаешь. Работу же прогуливать нельзя — уволят, а пару можно пропустить, потом отработаешь как-нибудь. А так после последней пары прыгаешь в автобус или трамвай и едешь в больницу, заступаешь на смену. Денег за то, чтобы ты на смене в больнице учебники читал, не платили, я дальше напишу про условия работы, там была одна фишка, младшего персонала не хватало в городе в те годы катастрофически, на студентах больницы и выезжали, а то, что должны были санитары делать днем, но днем санитаров не было, перекладывалось на вечернюю смену, в итоге — серьезная пахота. Хорошо, если ночью пару часов прикорнешь, иначе утром и на занятия идти совсем тяжело. Естественно, во время смены ты к занятиям не готовишься, и на самих лекциях и семинарах — с трудом удерживаешься, чтобы не заснуть. Закончились занятия в тот день, когда ты со смены пришел, идешь в общагу и отрубаешься. Часа три-четыре проспал. Проснулся, тебе нужно постирать что-то, пожрать себе придумать, туда-сюда — уже снова спать пора ложиться, хорошо, если учебники наскоряк полистал, а то и до них руки не доходят. Итого, 10 смен, а выпало из самоподготовки 20 дней в месяц, фактически. Это уже не учеба, а так — как-нибудь сдадим.