– Не все люди, имеющие постоянные должности, такие, как ты говоришь. И тебе должно быть прекрасно известно, что я не такая, – ответила побледневшая Лэй Жун. – Но почему ты убил Хуан Цзинфэна, ведь его жизненная ситуация была еще печальнее твоей?
Гао Далунь запрокинул голову, его кадык судорожно заходил вверх-вниз по шее, а на глазах блеснули слезы:
– Все так. Он был очень неплохим парнем, он крепко запоминал то, что я рассказывал ему о мастерстве смерти, и очень старательно учился. Я однажды подумал передать ему секрет способа убивать людей при помощи нити из бараньих кишок, не оставляя следов, которому я научился у своего учителя, но… но у меня не было выхода. Если я хотел достичь цели и обезопасить себя, мне оставалось только воспользоваться его невежеством, а потом убить его до того, как все обнаружится…
– У твоего учителя есть длинный шрам на голове? – спросила Лэй Жун.
– Этого мне не известно, но он знает вас. Он говорил мне, что когда-то вы были мастером смерти, а потом предали нас, став детективом. Советовал быть осторожнее, – прищурил глаза Гао Далунь, – поэтому, когда мой старший университетский товарищ Чжан Вэньчжи обратился ко мне и рассказал о планах фирмы «Восхождение», пригласил меня присоединиться, чтобы вместе заработать и разбогатеть, если я придумаю способ убивать людей, не оставляя следов, я сразу же понял, что если оставлю вас в живых, то рано или поздно вы узнаете правду. Я потребовал, чтобы Чжан Вэньчжи никому не называл мое имя, и тогда мы объединим силы для достижения общей цели и будем действовать так, чтобы вы не могли понять, откуда именно исходит опасность. Он с радостью согласился… Все верно, это я нашел Хуан Цзинфэна, это я нанял убийцу, это я тогда в метро вырвал ребенка из рук матери, и он упал на пол, это я отправлял вам посылки с фрагментами тел, которые вырезал из невостребованных трупов в Первой городской больнице, это я убил Цянь Чэна, это я спровоцировал Хуан Цзинфэна на убийство Го Сяофэнь, и я же убил его после того, как он потерпел неудачу… Когда я вошел, он сидел на кровати и не двигался, как истукан, сказал, что убил своего лучшего друга, сообщил, что отпустил вас, а потом спросил, зачем я его использовал. Я понял, что вы оборвали те нити, за которые я дергал, чтобы манипулировать им, и поэтому он должен был умереть.
– Хватит! – раздался вдруг грубый окрик. Это был Хуянь Юнь. – Ты так много говорил, я слушал, слушал… и у меня создалось впечатление, – он пристально смотрел на Гао Далуня, – ты не достоин называться мастером смерти!
– Что ты сказал?
– Я сказал: ты не достоин называться мастером смерти! – четко выговаривая каждое слово, повторил Хуянь Юнь. – Моя сестра Лэй Жун рассказывала мне о делах великих мастеров смерти прошлого. Зачем занимался этим ремеслом Ли Сюйчжун? Он хотел наказать алчных и корыстолюбивых чиновников, из-за которых провалились реформы Юнчжэнь. Зачем предсказывал смерть Е Тяньши? Чтобы люди чуть раньше узнавали о своей болезни и вовремя брались за лечение. Ради чего предсказывал смерть Чжан Цихуан? Ради того, чтобы в дни заката традиционной культуры отдать все свои силы для спасения этого искусства, которое могло оказаться навечно утраченным. Да и целью того же У Сюйцзы было наказать разбазаривших государственное имущество чиновников, из-за которых многие простые люди потеряли работу. Все они так или иначе стремились поспособствовать торжеству справедливости, пусть и не в самом современном понимании. А чего стоят твои поступки? Посмотри, кто те люди, которых ты убил или пытался убить? Ни в чем не повинный младенец в метро, Цянь Чэн – человек, еще не утративший стыд и совесть, честная журналистка Го Сяофэнь, нищий, несчастный, доверявший тебе Хуан Цзинфэн!