– Вы – шеф Лэй?
Лэй Жун кивнула.
– Мое имя Ху Цзя. – Он протянул Лэй Жун руку. – Я из районного отделения. Вчера вечером произошел один случай, мы хотели бы попросить вас помочь с обследованием тела. Его уже доставили.
Когда он произнес это, Лэй Жун как будто бы слегка расстроилась, но все же вежливо поинтересовалась:
– Ваш руководитель не говорил о требованиях, которые я выдвигала во время курса обучения, проходившего в прошлом месяце?
Ху Цзя замер, потом робко произнес:
– Нет… не говорил.
Лэй Жун горько улыбнулась.
В книге «Краткая история мировой судебной медицины» сказано, что до двадцатого века специалисты не видели смысла выделять судебную медицину в отдельную дисциплину, и в большинстве случаев к расследованию привлекали врача из ближайшей больницы. Когда обнаруживали тело, его отправляли на вскрытие в больницу, поэтому эта процедура называлась «обследование в операционной», и только Бернард Спилсбери, известный патологоанатом министерства внутренних дел Великобритании, высказал очень важную идею о том, что обследование тела должно проводиться на месте преступления. Только комплексное изучение тела и места происшествия может позволить сделать научно обоснованный и точный вывод об обстоятельствах и причине смерти. Оно получило название «обследование на месте». Сегодня же общепринятым стандартом является обследование тела в два этапа: предварительный осмотр на месте происшествия и повторное изучение в специализированном учреждении. Но в Китае отдельные организации в своей работе не соблюдали этот стандарт. Во-первых, следователи уголовной полиции не любили, когда на месте преступления у них путались под ногами судебные медики, во-вторых, медики сами ленились куда-либо выезжать и предпочитали сидеть в прозекторской, дожидаясь трупа, что приводило к утрате множества улик, которые могли бы быть обнаружены на месте.
Поэтому Лэй Жун много раз подчеркивала, что к обследованию места преступления, где произошло убийство, необходимо привлекать судебно-медицинского эксперта. На курсе повышения квалификации для старших офицеров полиции, который в прошлом месяце проводило городское управление общественной безопасности и на котором она вела занятия, Лэй Жун специально обращала внимание слушателей на этот момент. Но, очевидно, ее слова пролетели мимо их ушей.
Разумеется, этого правила придерживались и в «Исследовательском центре судебной медицины Лэй Жун». Но поскольку Центр был независимым учреждением, многие сотрудники полиции считали, что вызывать эксперта на место преступления означает привлечь к расследованию посторонних людей. Впрочем, при расследовании сложных дел они сами предпочитали обращаться к Лэй Жун за экспертным заключением, полагая, что оно будет самым точным. Эта ситуация постоянно ставила Лэй Жун в тупик: никто не звал ее на «обследование на месте», но каждый день сотрудники многих отделов полиции выстраивались в очередь за результатами «обследования в операционной». Она часто сетовала: «Я им говорю, что сначала нужно промыть рис, а потом варить кашу. В итоге мне поручают только второй этап, но если на зубах скрипит песок, то виновата в этом я».
И в этот раз опять все то же самое.
Лэй Жун взяла из рук Ху Цзя бланк заявки на исследование тела с отметкой «JSH-SJ-46» и поставила на нем свою подпись.
Согласно порядку, к этому моменту тело, ожидающее вскрытия, уже должно было быть поднято на специальном лифте в прозекторскую на втором этаже. Лэй Жун сделала шаг в направлении лестницы, но Ма Сяочжун загородил ей путь.
– Ты из районного отдела? Почему-то я никогда раньше тебя не видел, – обратился он к Ху Цзя.
– У нас в отделении больше сотни человек, почему вы уверены, что знаете всех? – ответил Ху Цзя с прежней улыбкой.
– Не говори так. В отделении нет ни одного человека, которого я не знаю. Да я даже всех тараканов в столовой могу перечислить по именам. – Ма Сяочжун указал кончиком большого пальца на нос. – А ты знаешь, кто я такой?
Стоящая рядом Го Сяофэнь тихонько кашлянула.
Ху Цзя поправил очки:
– Вы начальник участка Ванъюэ Юань, офицер Ма, известнейший человек, как я могу не знать?
– Ладно. Хватит, – перебила Лэй Жун. – Вы с Го Сяофэнь в конце концов расскажете, зачем пришли? Если это не срочно, можем обсудить в другой раз, мне нужно работать.
Как раз в этот момент со второго этажа раздался пронзительный визг, как будто там резали свинью, затем кто-то пронесся по коридору. «Бум-бум-бум-бум», – барабанной дробью прозвучали тяжелые шаги. Захлопали двери, кто-то крикнул:
– Лао Гао! Остынь немного! Прекрати! – Сразу же вслед за этим женщина с вытянутым лицом, чуть не падая, стремглав сбежала по лестнице, вцепилась в руку Лэй Жун и, рыдая, закричала: – Шеф, спасите! Этот Гао хочет меня убить!