Он был не один. За его спиной стояли десятки людей с похожими, хотя и менее выраженными модификациями — «Очищенные», те, кто добровольно отказался от своей индивидуальности в пользу коллективного единства под руководством Серафима.
Скарн поднял руку, и пламя вокруг него усилилось, формируя подобие крыльев:
— Хранители! — его голос прозвучал громче, чем должен был, словно усиленный самой реальностью. — Ваше время подошло к концу. Разлом должен стать доступен для всех, кто выбрал путь эволюции!
Алекс почувствовал, как TX-Δ активирует защитные протоколы, создавая тонкую эфирную оболочку вокруг его тела. Скарн ещё не заметил его, сосредоточившись на Хранителях, которые окружили площадь, активируя свои эфирные артефакты.
Анат выступила вперёд, её голос был спокойным, но твёрдым:
— Мы не препятствуем никому входить в Разлом лично, Скарн. Но мы не позволим привести армию. Разлом не инструмент для ваших целей.
Пока они говорили, один из Хранителей тихо подошёл к Алексу:
— Идём, — прошептал он. — Лидер должна тебе кое-что показать. Сейчас, пока есть время.
Они проскользнули в боковой коридор, оставив Анат и других Хранителей сдерживать Скарна. Хранитель провёл Алекса в небольшую комнату со странным устройством в центре — чем-то вроде голографического проектора, но более сложным и древним.
Анат уже ждала их там — или, по крайней мере, её проекция, полупрозрачная, но отчётливая.
— Мне нужно показать тебе кое-что, прежде чем ты примешь решение, — сказала она, активируя устройство. — Это запись с базы «Омега». Последний момент перед Инцидентом.
Пространство вокруг них заполнилось голограммой — лаборатория на базе «Омега», залитая красным аварийным светом. Сирены выли. Люди в панике бежали к выходам. И посреди всего этого хаоса — женщина с золотистыми глазами, стоящая перед колоссальной трещиной Разлома.
Ева.
Но она была не одна. На её руках Алекс увидел маленького мальчика — своего сына, Джейми. Ребёнок не выглядел испуганным, несмотря на хаос вокруг. Его глаза, точно такие же золотистые, как у Евы, смотрели на Разлом с детским любопытством.
В записи появился Алекс — но не тот, кем он был сейчас. Этот Алекс выглядел старше, увереннее, его глаза были наполнены знанием и горем.
«Ева, нет!» — кричал он сквозь грохот разрушения. — «Мы найдём другой способ!»
«Уже нет времени,» — отвечала она, крепче прижимая к себе Джейми. — «Серафим разорвёт барьер. Ты знаешь, что тогда будет.»
«Но Джейми…»
«Он будет в безопасности со мной,» — её голос был спокойным, почти нежным, несмотря на обстоятельства. — «В пространстве между пространствами. Найди нас.»
С этими словами она повернулась к Разлому и шагнула в него. В момент перехода их с Джейми эфирные сигнатуры синхронизировались, создавая единый светящийся силуэт, который постепенно растворился в сиянии Разлома.
Алекс с записи упал на колени, его лицо исказилось от боли и потери. Вокруг продолжала рушиться база. Последние секунды записи показали, как он достаёт шприц с прозрачной жидкостью…
Голограмма исчезла, оставив Алекса в оцепенении.
— Джейми… — выдохнул он. — Всё это время он был с ней…
Медальон на его груди пульсировал сильнее, чем когда-либо, словно откликаясь на это откровение. Он чувствовал, как в нём перестраиваются воспоминания — не новые, а давно забытые, выходящие из глубинных слоёв памяти, защищённых от стирания самой его сущностью.
[TM-Δ. SYNC/ALEX-PRIME]: Джейми… всё это время с ней…
[Δ. ECHO/МОРТИМЕР]: [потрясенно] Это объясняет синхронизацию их эфирных сигнатур. Они были вместе при переходе.
[TM-Δ. SYNC/DEFENSE]: Вероятность одновременного извлечения двух сознаний: анализ невозможен. Недостаточно данных.
Анат положила руку на плечо Алекса:
— Теперь ты понимаешь, почему нашёл путь сюда? Почему медальон резонирует с Разломом? Это не просто технология, это эмоциональная связь. Ты связан с ними обоими.
В этот момент здание содрогнулось от мощного удара. Раздался грохот, за которым последовали крики.
— Скарн, — произнёс Алекс, возвращаясь к реальности. — Он не отступит.