После ужина она предложила помыть посуду и помочь с уборкой на кухне, но я видел, как она устала, и сказал, что сам всё сделаю.
— Спасибо, — сказала она, зевая, когда я проводил её к двери. — Эта длинная дорога вымотала меня.
— Я тоже устал, и даже не сидел за рулём.
— Ну, сегодня было непросто для нас обоих. — У двери она повернулась ко мне с серьёзным выражением лица. — Спасибо, что так всё понимаешь.
Я поморщился.
— Не уверен, что тут за что меня благодарить.
— Но я благодарна. Ты мог бы оказаться настоящим козлом.
— У меня ещё есть время.
Она рассмеялась.
— Верно. Кстати, о времени. У меня на следующей неделе назначено УЗИ. Ты не обязан приходить, но я просто хотела, чтобы ты знал.
— Не уверен, что смогу выкроить время, у нас начинается тренировочный лагерь.
— Всё нормально. — Она пожала плечами. — Как я уже сказала, я не жду, что ты изменишь свою жизнь. Я знаю, что сейчас твой приоритет — карьера. Я просто в другом месте.
— Мне стоило бы поблагодарить тебя за понимание, — сказал я. — Ты могла бы явиться сюда с длинным списком требований.
Она покачала головой.
— Это не в моём стиле.
— Я ценю это.
Я взглянул на гостевую комнату.
— Слушай, мне надо было предложить раньше, но… может, останешься здесь на ночь?
— Нет, — ответила она без раздумий. — Я уже забронировала номер, а моя машина стоит в гараже отеля. К тому же… — Она посмотрела на телефон в руке. — Думаю, лучше не запутывать ситуацию.
— Запутывать?
Она прикусила нижнюю губу.
— Просто, мне кажется, всё будет проще, если мы чётко обозначим границы. Было бы плохо для всех, если бы между нами всё… усложнилось.
Я кивнул, зная, что она права, и радуясь, что хотя бы один из нас мыслит здраво.
— Могу хотя бы оплатить тебе номер и парковку?
— Может, в следующий раз, — с улыбкой сказала она.
— Ладно. Ну… звони мне, наверное?
— Позвоню. Теперь у меня есть твой номер. — Она покачала телефоном.
Я усмехнулся.
— Точно.
Она обняла меня одной рукой и встала на цыпочки. Я тоже обнял её, но на этот раз наши тела почти не соприкасались — объятие было максимально нейтральным.
— Спокойной ночи, — сказала она. — И спасибо за ужин.
— Пожалуйста. Счастливого пути домой.
Отпустив её, я открыл дверь.
— Береги себя, Мэйбл.
— Буду.
С последним взмахом руки она вышла.
Я смотрел ей вслед по коридору, потом закрыл дверь, прислонился к ней лбом и несколько раз стукнул по ней кулаком.
Какого. Хрена.
Я собирался стать отцом.
Всю ночь я лежал в кровати, раскинувшись и уставившись в потолок. Я был вымотан, но сон не шёл. В голове неслись тысячи мыслей.
Когда я получил сообщение от Мэйбл в Инстаграме, я обрадовался возможности увидеть её снова. С тех пор, как мы встретились на свадьбе Футси, я часто о ней думал, в основном в душе, с рукой на члене, и каждый раз жалел, что не взял её номер. Не потому, что хотел с ней встречаться… или завести с ней ребёнка, чёрт возьми… но та ночь была реально классной. Я думал, что когда в следующий раз поеду домой, стоило бы ей написать и предложить ещё раз сыграть в «тренировочную» игру.
Только вот это оказалась совсем не обычная тренировочная встреча. В какой-то момент я её всё-таки заделал.
Я вспомнил, каким бешеным был тот секс, как мощно я кончил, особенно во второй раз. Почти неудивительно, что мой заряд пробил защиту.
«В игре были особо выдающиеся спортсмены, которые пробили линию защиты.»
На секунду я даже почувствовал гордость — ну да, чёрт возьми, в игре были элитные спортсмены, но быстро остановился. Тут нечем было гордиться. Это не был запланированный гол, неудачный бросок, случайный отскок шайбы. Он не должен был засчитаться, но вот он, чёрт побери, засчитан.
Я вспомнил, как подначивал Джанни, когда он залетел с Элли. Теперь он точно вернёт мне это сторицей, и мне придётся выслушать всё.
Мама расстроится.
Отец будет зол.
Они не поймут, что это не моя вина — я не был безответственным. Это просто чёртова неудача.
Но я не мог поступить так, как Джанни. Я не собирался жениться на Мэйбл, жить с ней или быть рядом каждый день. И она этого не хотела! Она даже не захотела остаться у меня на ночь в гостевой комнате. Она хотела, чтобы между нами всё оставалось лёгким и дружелюбным. Почти… профессиональным. Чёткие границы.
И меня это устраивало.
Я не мог быть таким отцом, как мой отец или братья. Вовлечённым на все сто, доступным двадцать четыре на семь. Для меня всё будет иначе, и всем придётся с этим смириться. Я буду помогать, но мой приоритет — хоккей. С успешной карьерой я смогу лучше их поддерживать, верно? Сначала как игрок, потом, может, как тренер или комментатор. Сосредоточенность на игре в интересах всех.
Но я продолжал ворочаться и только под утро, наконец, задремал.
Когда зазвенел будильник на утреннюю тренировку, я потянулся к телефону, выключил сигнал и отложил его в сторону.
А потом снова взял в руки и отправил Мэйбл сообщение:
Эй, можешь прислать дату и время УЗИ? Спасибо.
Глава 10
Мэйбл
— Ну? Как всё прошло? — Даже через блютуз в голосе Ари звучало напряжение.
— Нормально, — ответила я, ведя машину по I-94, оставляя Чикаго позади. — Может, даже лучше, чем нормально. Я даже не начала икать.
— Рассказывай всё! Он был в шоке?
— Определённо, — сказала я, вспоминая его ошарашенное лицо и то, как он твердил, что это был всего лишь товарищеский матч, а значит, не считается. — Ему понадобилось немного времени, чтобы принять новость.
— Но он не усомнился, что ребёнок его?
— Нет. Совсем нет. Он просто сначала был в каком-то отрицании, потом очень расстроился, а в конце, кажется, просто смирился.
— А когда ты сказала, что собираешься его родить и воспитывать одна?
— Он не спорил. Сказал, что хочет поддерживать.
— Вау. И как это должно выглядеть?
— Пока не знаю, — ответила я, включая сигнал и проверяя слепую зону перед перестроением. — Думаю, он имел в виду материально, но ещё сказал, что хочет быть вовлечённым. Это было его слово — «вовлечённым». Мы поужинали у него дома, поговорили пару часов, но никаких конкретных решений не приняли.
— А у него как квартира?
— Роскошная. Хотя обставлена довольно минималистично — никаких картин или чего-то такого. Но почти вся одна стена — окна с видом на Чикаго и озеро Мичиган. Думаю, это и есть его искусство.
— Это берлога холостяка? Разбитая мебель, коробки из-под еды везде? Или стильное жилище плейбоя — хром, кожа и зеркала над кроватью?
Я рассмеялась.
— Ни то ни другое. Диваны у него удобные, тёмно-синие, плюс несколько бежевых кресел. Ванная в белом мраморе. В спальне я не была, так что про зеркала ничего сказать не могу, но телевизоры у него огромные. Кухня хорошая.
— Ну, выше среднего холостяцкого уровня. А что, заказывали еду?
— Нет, он сам приготовил ужин.
— Серьёзно? И что сделал?
— Спагетти. Очень вкусные. Сказал, что это семейный рецепт мясного соуса.
— Ну конечно, он любит угощать тебя семейным мясным соусом, да?
Я рассмеялась.
— Очень смешно.
— Прости, не удержалась. Ну, в целом всё прошло так, как ты надеялась, да?
— Думаю, да. — Я вспомнила, как сидела напротив него, смотрела, как он готовит, как уверенно он двигался по кухне, как рассказывал о своей семье, с каким азартом говорил о хоккее. Он ещё спрашивал о моей работе, о семье. — Было приятно узнать его получше.
— Значит, есть шанс, что вы сойдётесь? — Голос Ари звучал с надеждой.
— Нет, — твёрдо сказала я. — Никакого шанса.
— Ты так уверенно это говоришь.
— Да. Он хороший парень, и выглядит так, что хоть стой, хоть падай, но сейчас он не для меня. Да и вообще ни для кого. Любовь всей его жизни — хоккей. А моя любовь всей жизни — этот ребёнок. — Я сделала паузу. — Поэтому, когда он спросил, не хочу ли я остаться на ночь, я сказала «нет».
— Он предложил тебе остаться?! — голос Ари взвился вверх.
— В гостевой комнате.
— А-а-а. — В её голосе прозвучало разочарование. — И почему ты отказалась? Можно было сэкономить на отеле.