— Тогда появляйся, когда можешь. Дай ей понять, что она не одна. Ты не можешь быть тем типом, который просто присылает чек. Такие — козлы.
— Согласен, — процедил я сквозь зубы.
— Ты, конечно, самоуверенный засранец, но ты не козёл.
— Спасибо. — Может, поэтому я ему и позвонил. Мне нужен был кто-то, кто скажет, что я не плохой парень.
Джанни замолчал на секунду.
— Ты разберёшься, Джо. Я разобрался. И знаешь что? Когда ребёнок родится, ты даже не поверишь, что когда-то не хотел быть отцом.
Я задумался, но не был уверен, что он прав.
— Скоро будет УЗИ. Думаешь, мне стоит пойти?
— Если сможешь. Помню первое УЗИ у Элли. Я чуть с ума не сошёл от страха. И чувствовал себя чужим, не знал, какое у меня там место. Но именно тогда до меня дошло — я стану отцом. В тот день для меня всё изменилось.
Но я не хотел, чтобы что-то менялось. В этом и была проблема. Я закрыл глаза и с трудом сглотнул.
— И, Джо?
— Ага?
— Сними видео. Потом сам будешь рад, что записал.
Я?
Я не мог представить, зачем мне записывать УЗИ — это ведь просто что-то вроде прямой трансляции матки Мэйбл? Но решил, что если получится выкроить время, схожу. Раз Джанни сделал это, значит, и я смогу.
Я не собирался уступать брату.
Но выражение «чуть с ума не сошёл от страха» было более чем точным. Открывая дверь в кабинет, где меня ждала Мэйбл, я обливался потом. В животе всё переворачивалось. Разум говорил, что я делаю правильно, а инстинкты кричали, чтобы я бежал в другую сторону.
Мэйбл взглянула на меня через плечо и икнула.
Я невольно улыбнулся.
— Ой-ой. А я лимон с собой не взял.
Она нервно засмеялась.
— Привет. Не ожидала тебя увидеть.
Я вошёл в кабинет, закрыв за собой дверь.
— Прости. Я не был уверен, что смогу прийти, поэтому не хотел заранее ничего говорить.
— Всё нормально. Я рада, что ты здесь.
Я замер у двери, не зная, садиться ли на маленький стул у стойки или оставаться на ногах. Чувствовал себя провинившимся школьником, которого вызвали к директору за безрассудное поведение. Взгляд скользнул к экрану на другой стороне смотрового стола, на котором лежала Мэйбл.
— Мне…
Два быстрых стука в дверь прервали наш разговор.
— Готовы? — раздался женский голос из коридора.
— Да! — откликнулась Мэйбл.
Я тут же отскочил в сторону, когда дверь открылась.
— Привет, Мэйбл, — сказала вошедшая женщина. Она напомнила мне маму, и я почувствовал себя виноватым, что эта незнакомка знает о моём ребёнке раньше неё. — Я Кэтрин. Сегодня я проведу тебе УЗИ.
Приглушив свет, она повернулась ко мне с улыбкой.
— Это папа?
Господи. Я — папа.
— Да, — выдавил я.
Мэйбл икнула.
— Отлично. Ты можешь встать рядом с ней, — сказала Кэтрин, подходя к столу. — Ладно, Мэйбл, ложись и положи ноги сюда…
Пока Кэтрин устраивала Мэйбл поудобнее и возилась под бумажной простынёй, я сделал шаг ближе.
— Так нормально?
— Конечно. — Она улыбнулась, но я заметил тревогу за этой улыбкой и придвинулся ещё ближе.
Я не знал, куда девать руки, поэтому просто сложил их перед собой.
— Ладно, этот гель будет немного холодным, извини, — сказала Кэтрин, доставая из-под простыни что-то похожее на микрофон.
Руки Мэйбл нервно сжимались и разжимались по бокам. Инстинктивно я взял одну из них в свои. Она была холодной.
— Ты нервничаешь?
Она кивнула, широко раскрытые голубые глаза выдавали её волнение. Улыбка исчезла, икота тоже.
— Ну что, готовы увидеть вашего малыша? — спросила Кэтрин.
Мы не ответили, но оба уставились на монитор.
Размытые, призрачные силуэты, похожие на медуз, дрейфовали на экране.
— Вот он… — Кэтрин немного сдвинула руку и нажала несколько кнопок на панели. — Всё выглядит просто замечательно. Вот желточный мешок, — она указала на что-то, напоминавшее светящееся кольцо. — А вот и эмбрион.
— Это ребёнок? — спросил я. Моя «шайба в воротах» больше походила на маленькую лягушку.
— Да. Вот головка, а вот его крошечная попка. — На экране появилась пунктирная линия, Кэтрин снова что-то нажала. — Видите, у него уже начали формироваться ручки и ножки, всё просто идеально.
Я выдохнул с облегчением — даже не заметил, что всё это время был напряжён. Мэйбл сжала мою руку, и я крепче сжал её в ответ.
— А теперь… — Кэтрин снова сдвинула руку. — Видите это мерцание в центре? Это сердцебиение вашего малыша.
У меня перехватило дыхание. Как такое вообще возможно увидеть? Разве Мэйбл не говорила, что ребёнок сейчас размером с горошину?
— Правда?
— Да. Давайте послушаем.
Пара кликов — и вдруг я услышал это: дикий, бешеный стук, словно лошадиный галоп. Моё собственное сердце будто получило разряд тока.
— Прекрасный звук, правда? — спросила Кэтрин. — Частота — 169 ударов в минуту, это идеально.
Замолчи! — почти выкрикнул я про себя. Я просто хотел слушать этот звук. И тут я понял, почему Джанни посоветовал мне записать этот момент.
Но Кэтрин уже продолжила работу, делая измерения и болтая с Мэйбл о её шейке матки — эту часть я постарался не слушать. Когда показалось, что процедура подходит к концу, я заговорил.
— Можно ещё раз включить сердцебиение? Я бы хотел снять видео, если это возможно.
— Конечно. — Кэтрин нажала несколько кнопок, и на экране снова появилось то самое мерцание, а в динамиках зазвучал этот быстрый, захватывающий ритм.
— Ты хочешь снять видео? — Мэйбл удивлённо посмотрела на меня, когда я достал телефон.
— Да. Ты не против?
— Нет, просто… — Она улыбнулась. — Нет, всё нормально. Я бы тоже хотела его сохранить.
— Я тебе отправлю. — Я направил камеру на экран и нажал запись, а моё собственное сердце бешено заколотилось, пока я снимал этот крошечный бьющийся орган.
Меня накрыла волна ощущения, которому я не мог найти объяснения.
Снаружи я проводил Мэйбл до её машины.
— Ты пропускаешь тренировочный лагерь? — спросила она.
— Нет. Я вылетел после утренней тренировки. Взял машину в аэропорту и сразу сюда.
— Когда возвращаешься?
— Очень рано утром. — Я сделал паузу. — Думал, что после этого заеду к родителям и расскажу им.
— О. — Она взглянула на меня. — Нервничаешь?
— Да и нет. Я ведь не первый из братьев Лупо, кто оказался в такой ситуации — с Джанни тоже такое было.
— Правда?
— Да, но давно. Моей племяннице Клаудии уже двенадцать.
— То есть они поженились?
— Да. Но у них… Всё было иначе.
Она понимающе кивнула и указала на старенькую двухдверную Kia.
— Это моя.
Я вспомнил, как она говорила, что настолько практичная, что никогда не узнает, как пахнет новая машина.
Засунул руки в карманы, пока она открывала двери.
— Спасибо, что разрешила прийти.
— Конечно, — сказала она. — Удачи с семьёй. Я своим всё рассказала в понедельник.
— Как прошло?
— Думаю, неплохо, — ответила она так, что я сразу понял — не на сто процентов правда. — Ну, они, конечно, удивились, но когда я всё объяснила, кажется, начали воспринимать новость нормально.
— Ты сказала, кто отец?
Она кивнула.
— Да, сказала.
— Они меня ненавидят?
— Нет! — слишком быстро ответила она. — Конечно нет.
— Не верю. Если бы какой-то парень так сделал с моей младшей сестрой, я бы захотел ему морду начистить.
— Да, были кое-какие разговоры о мордобое, — призналась она. — Но я всех успокоила.
— Спасибо.
— Я правда рада, что ты сегодня был здесь, Джо.
— Я тоже. Этот момент с сердцебиением — просто жесть. Я даже не знал, что мы сможем его увидеть, не говоря уже о том, чтобы услышать.
Она засмеялась.
— Да, это было нереально. Сделало всё таким настоящим. Не то чтобы утренний токсикоз, боли в теле и дикая усталость не были реальны, но это… это было на другом уровне.
Я посмотрел на её живот.
— Странно, насколько всё неравномерно. Никогда об этом не думал, но ведь вся работа ложится на женщину. Парень своё дело сделал, и всё, мы просто сидим и смотрим. А мама должна, по сути, вырастить человека. А потом ещё и родить его.