Глава 7
По дороге в пентхаус мы не проронили ни слова. Ночь казалась странным сном, полным насилия и возбуждения.
Но я знала, что и в холодном, суровом дневном свете жестокости будет не меньше.
Мои мужчины напряглись, идя через парковку к лифту, поднимавшемуся в пентхаус. Казалось, они не могли расслабиться в собственном доме после того, как на меня напали на улице поблизости. Это беспокоило.
Я знала, как сильно они хотели меня. Знала, считают, что я того стою. Но не могла отделаться от мысли, как много они теряют, пытаясь защитить меня и гарантировать счастливый конец.
Мы вошли в тихую, красивую гостиную. От вида из окна всегда захватывало дух. Серпантин реки и отражение в ней городских огней приковали к себе внимание, пока мужчины напряженно двигались позади.
— Ложись со мной, — тихо сказал мне Джек.
— Она может спать в моей комнате, — возразил Картер.
— Ты можешь лечь в моей спальне, — сказал ему Джек. — У меня приоритет.
Голос Джека был теплым, как будто он уже отпустил хаос ночи, несмотря на то, что все еще держался за пострадавшие ребра.
— С приоритетом не поспоришь, — легкомысленно ответила я Картеру, мысль о сне между ними двумя согревала.
Картер хмыкнул. Не совсем восторженный звук, но и точно не «нет».
Я посмотрела в коридор на Себастьяна, медленно закрывающего дверь в комнату. Зная Себастьяна, ему нужно было время и пространство, чтобы пережить эту ночь. Но это все равно беспокоило.
И потом, мы еще не совсем помирились.
Вскоре я обнаружила, что проваливаюсь в глубокий, комфортный сон. Два широкоплечих мужчины по обе стороны от меня дарили чувство безопасности.
Очнувшись среди ночи, я обнаружила, что Джек прижал меня к себе, обхватив как маленькую ложку. В следующий раз я проснулась с ногой Картера, перекинутой через мою, и рукой, обхватившей талию, словно пытался оттащить меня от Джека во сне.
Мы трое, так близко друг к другу, были такими теплыми – слишком теплыми, но их тяга к соперничеству даже во время сна вызвала усталую улыбку, прежде чем я снова погрузилась в дремоту.
Но ночью, в жаре, пришли темные сны. Я снова оказался в старой квартире, под потолком трещали языки пламени. Застыв с открытыми глазами, не в силах пошевелиться, как бы сильно ни кричала внутри.
И никто не приходил.
В этом сне не было Себастьяна.
Или, может быть, только тот Себастьян, который устроил пожар, а не тот, который спас меня.
Я вскочила, сердце колотилось, вес мускулистых рук и ног резко свалился с меня. Картер снова потянулся ко мне, но я выскользнула из постели. Напряжение было настолько сильным, что казалось, будто я не могу восстановить дыхание после этого кошмара.
Спотыкаясь, вышла в коридор. В гостиной горел слабый свет, и я почувствовала чье-то присутствие еще до того, как Себастьян поднял голову с дивана. Наши взгляды встретились.
Должно быть, мои глаза были дикими, потому что через несколько секунд он уже стоял на ногах и находился рядом. Я бы бросилась обратно в спальню, чтобы избежать разговора по душам, но было слишком поздно.
— Кеннеди, ты в порядке? — тихо спросил он.
Я покачала головой.
— Кошмар, — голос был натянутым, когда я отошла от него.
Мы прошли через гостиную на кухню.
— Насчет пожара?
Его голос был напряженным. Конечно, мужчина видел меня насквозь.
— Да.
Не было смысла лгать. Он и так мог знать, что натворил.
Поставила чайник, по-прежнему стоя к нему спиной. Молчание затянулось настолько, что я подумала, он успел уйти.
— Мне очень жаль.
Я повернулась, рот приоткрылся от шока. Не из-за извинений, а потому что его голос звучал убито.
— Я просто хотел защитить тебя, Кеннеди. Ты лучшее, что когда-либо случалось со мной, и потерять тебя было худшим опытом. Но иногда эти импульсы заставляют совершать... неправильные вещи. Я становлюсь...
Он запнулся, и я услужливо подсказала:
— Психопатическим альфа-придурком?
Его брови сошлись, но потом Себастьян пожал плечами. Безо всякой злобы признавая:
— Наверное, да.
Боже, помоги, но, возможно, я любила психопатического альфа-придурка.
По крайней мере, с ним никогда не было скучно.
Его руки обхватили мою талию, и я позволила притянуть себя ближе.
— Не мог смириться с тем, что ты спишь где-нибудь, кроме как под моей крышей.
— Девушке нужна независимость, Себастьян.
— Нет, — он покачал головой. — Не знаю, что нужно девушкам. Но знаю, что тебе нужны мы, так же как и ты нам.
Его голос стал хриплым:
— И мне жаль, что я подвел тебя, когда был так нужен. Я был эгоистичным, глупым ублюдком. Этого больше никогда не повторится.
— Хорошо, — тихо сказала я.
— И это все? — спросил он, нежно касаясь рукой моей щеки. — Все, что я должен сделать?
— О, нет, — сказала я, широко раскрыв глаза. — Но все остальное можешь решить с помощью подарков, комплиментов и новых самоуничижительных описаний. О, и оргазмов. Ты можешь подарить мне много оргазмов.
Он издал хриплый смешок, а потом притянул к себе и поцеловал.
Глава 8
Грейсон настоял на том, чтобы взять меня на игру, даже несмотря на то, что, кажется, раз пятьдесят я сказала, что в этом нет необходимости. Сильно сомневалась, что кто-то нападет на меня после начала матча НХЛ, но, по-видимому, все считали иначе. Они единогласно решили, что Грейсон должен находиться рядом.
— Только не вздумай создавать проблемы, — предупредила я, бросив на мужчину косой взгляд и старательно пытаясь сохранить строгое выражение лица, хотя это было невероятно сложно, учитывая, что он выглядел чертовски привлекательно.
Я обожала Грейсона в костюме.. но в обтягивающих джинсах и белой футболке с V-образным вырезом он выглядел просто убийственно.
И, судя по тому, как на него смотрели женщины.. они думали так же.
— Не имею ни малейшего представления, что ты понимаешь под «проблемами», — протянул он. — Никогда такого не делал.
Сказав это, он наклонился и прижался губами к моей шее.. как раз в тот момент, когда Картер прокатился вдоль стеклянного борта, чтобы присоединиться к команде перед началом игры.
Картер бросил на него раздраженный взгляд, а Грейсон лишь усмехнулся.
— Именно об этом я и говорила, — вздохнула я, когда он подмигнул.
Но улыбка угасла, когда он заметил, чью именно майку я надела — Джека. Я старалась сосредоточиться на игре и избегать лишних отвлекающих факторов, и майка Джека казалась хорошим решением. Впрочем, учитывая огромный фингал под глазом, не факт, что он вообще мог разглядеть, что на мне надето.
— Даже не думай, — рыкнула я, увидев, как Грейсон потянулся за пивом.
Я прекрасно знала, что он способен «случайно» разлить его — прямо на меня — чтобы вынудить переодеться.
Он поднес бутылку к полным губам и сделал долгий глоток, наслаждаясь процессом.
— Ты сегодня дерзкая, детка, — усмехнулся он.
Я потерла глаза, проводя руками по лицу, прежде чем сфокусироваться на льду, где Джек выстраивался в линию для вбрасывания4.
— Просто мне кажется, что сегодняшний вечер и без того будет достаточно сложным, так что без твоих провокаций можно и обойтись, — вздохнула я, наблюдая, как Джек, обычно стремительный и уверенный, передвигался по льду с заметной тяжестью, словно каждое движение давалось с боем.