— Я лежала на кровати с темно-синими простынями. На стенах висели хоккейные постеры. Грей.. Грейсон поедал меня, а ты... — я покраснела еще сильнее. — Ты погружал член в мой рот.
Я посмотрела на них и резко вздохнула, когда Грейсон неожиданно ввел в меня два пальца.
— Это...
Трудно было подобрать слова, когда пальцы входили в меня, каждый раз идеально касаясь того самого местечка.
— Это уже происходило? Вы раньше... делились мной?
Я упала спиной на кровать, зажмурившись, когда Грейсон ввел в меня третий палец.
— Да, да, да, — повторяла я, мотая головой, пока Грейсон страстно сосал клитор, а Картер снова принялся пировать на груди.
— Я помню тот день, принцесса, — усмехнулся Картер и крепко обхватил губами мой сосок. — Я кончил так сильно, что чуть не потерял сознание. Ты брала каждый сантиметр, как хорошая девочка.
Мое возбуждение потекло в рот Грейсона, и он усмехнулся, вбирая в себя эссенцию, размазанную по нижней половине лица.
— Нравится слушать, насколько мы были одержимы тобой, даже будучи подростками, детка? Как трахали тебя при каждом удобном случае? Как я сходил с ума от желания увидеть, сколько твоих гребаных дырочек смогу наполнять ежедневно?
Я застонала от нахлынувшего оргазма, и Картер мрачно рассмеялся.
— Может, нам разыграть это, милая? Покажем, как это было в тот раз?
Язык провел по ложбинке между грудей до самой точки пульса.
— Должен сказать, Кеннеди. Не думал, что могу быть более одержим твоим телом, чем тогда. Но вот мы здесь.
— Отклонись, — приказал Грейсон, выскользнув из меня и поднеся пальцы к лицу Картера. — Хочешь? — поддразнил он.
Картер, не отрывая взгляда от моего лица, обхватил губами пальцы Грейсона, собирая мои соки.
Видела ли я когда-нибудь что-то более горячее?
— Грязная девочка, — пробормотал Картер, отрывая рот от руки Грейсона и специально проводя напоследок языком по его пальцам для большего эффекта. С моих губ сорвался слабый стон. — Ты бы, наверное, умерла, если бы вместо этого был его член, не так ли?
Я пискнула от этой мысли, и они рассмеялись.
Картер прикусил мое плечо.
— Жаль тебя разочаровывать, малышка.
— Больше не хочу ждать, — прорычал Грейсон, раздвигая мои ноги и обхватывая руками бедра.
Его язык скользнул по груди медленными и долгими мазками, вынуждая меня дрожать.
Что-то теплое и мягкое коснулось моей щеки.
О... это был огромный член Картера.
— Открой, милая, — поддразнил он, проводя членом по моим губам.
Я не осознавала этого, но каким-то образом они перевели мое тело из изначального положения, в то, в котором находилась в воспоминании, когда голова слегка свисала с кровати. Как и в... воспоминании... я широко открыла рот, и он ввел свой член, в то время как Грейсон продолжал пировать между моих ног. Два пальца скользнули внутрь, нащупывая чувствительное место, а рот обхватил клитор, посасывая.
Я застонала, обхватив член Картера, который все еще погружался в меня... как будто это была анаконда длиной в несколько метров, а не член.
Картер застонал, когда головка коснулась горла.
Сколько бы раз мы ни делали нечто подобное в прошлом... это была трудная работа. Грейсон подталкивал меня все ближе и ближе к оргазму каждым движением языка и пальцев, от чего было трудно сосредоточиться на члене Картера.
— Еще немного, милая. Впусти меня, — промурлыкал он, нежно проводя рукой по моей щеке, опуская ее ниже и массируя шею.
Что бы он ни делал, это помогло расслабить заднюю стенку горла, и Картер смог войти так, что губы обхватили его основание.
Я закашлялась, слезы собрались в уголках глаз, когда он на секунду прижался ко мне, а затем, наконец, вышел и позволил дышать.
— Чертовски идеально, — прорычал он, язык и зубы Грейсона обрабатывали клитор, пока я не закричала вокруг члена Картера.
— Я должен войти в эту тугую пизду. Хочу почувствовать, как ты душишь мой член, детка, — сказал Грейсон грубым, диким голосом, вставая с колен и располагая член у моего входа.
Он вошел в меня... как раз в тот момент, когда Картер снова наполнил рот.
Они стояли лицом друг к другу, но их глаза хищно осматривали тело; каждый сосредоточил взгляд на том месте, где в меня входил член другого.
— Эти блядские сиськи, — стонал Картер, наклоняясь и облизывая соски, член снова проникал в мое горло.
— Должен сказать, милая. Мне кажется, это даже лучше, чем тогда, — сказал он, голос был слегка невнятным, когда интенсивно входил и выходил из моего рта.
Предэякулят стекал по подбородку, и я старалась изо всех сил, языком и губами, сделать Картеру как можно лучше, пока Грейсон входил в меня.
— Подвинься, — огрызнулся Грейсон, шире разводя мои ноги и опускаясь к груди, посасывая кожу, которую только что отпустил Картер.
Я снова закричала, кончив, а Картер зарычал, сперма внезапно хлынула в горло и заполнила рот, стекая по подбородку и пачкая грудь.
— Черт, — выругался Грейсон, его пальцы играли с клитором, пока он лихорадочно смотрел на меня. — Кончи еще раз, детка. Дай мне это.
Картер медленно вытащил член, пальцы играли со спермой, вытекавшей из моего рта, размазывая ее по шее и груди, словно это был лосьон, а не телесная жидкость.
— Хочу видеть тебя именно такой, — пробормотал Картер. — Покрытой моей спермой днем и ночью. Думаешь, сможешь быть хорошей девочкой и позволишь это?
В ответ из меня вырвался скулеж, когда мышцы начали пульсировать, и меня настиг еще один оргазм. Сколько их уже было?
— Наконец-то, блядь, — сквозь стиснутые зубы прошипел Грейсон, снова входя в меня, горячие струи спермы внезапно покрыли изнутри, когда он откинул голову назад и застонал.
Это могло быть самым эротичным звуком, который я когда-либо слышала в своей жизни.
Мы оставались в таком положении еще минуту, пальцы Картера продолжали ласкать кожу. Грейсон перевел взгляд вперед и уставился на меня так, словно хотел съесть заживо.
— Я люблю твою пизду, — наконец прорычал он и вышел из меня, выглядя при этом так, будто это самое трудное, что ему когда-либо приходилось делать.
Вместо того чтобы вытереться, он опустился на кровать рядом со мной, уткнувшись лицом в грудь, пока Картер смотрел на нас.
— Гребаный дикарь, — пробормотал Картер, направляясь в ванную, и через секунду вернулся с мокрой мочалкой. Осторожно протер между ног, а я слишком устала, чтобы спорить. Грейсон не сделал ни единого движения, чтобы помочь, лицо по-прежнему было прижато к моей коже, а рука крепко обхватывала талию, словно он боялся, что я убегу. Похоже, его не беспокоила сперма Картера, высыхающая на моей груди.
Картер вздохнул в притворном отчаянии, его гнев, казалось, испарился за последние пару минут.
Дыхание Грейсона превратилось в легкий храп, и я рассмеялась, несмотря на то, что была измотана.
— А грудь? — спросила я, уткнувшись подбородком в то место, где он покрыл меня спермой.
Немного чесалось.
— Я не буду это смывать, — сказал он, нахально подмигнув, и швырнул мочалку в дверной проем на кафельный пол ванной.
Не было никакой надежды подвинуть Грейсона, чтобы Картер мог достать из-под нас простыни, поэтому он схватил плед и укрыл наши тела. Картер обхватил мою талию, прямо над тем местом, где касался Грейсон.