Я сделал шаг вперед, но Грейсон схватил меня за руку и покачал головой.
— Ради Кеннеди, — тихо сказал он. — Держись сзади.
Я стиснул зубы, затем медленно кивнул. Он был прав. Как бы сильно я ни хотел ворваться внутрь, Кеннеди не переживет, если потеряет нас.
В ту же секунду завод погрузился в кромешную тьму.
Люди Кейна, растворившись в тенях, скользнули к зданию, двигаясь хищно, точно спецназ.
Я последовал за ними, чувствуя, как напряжены до предела все мышцы. Руки были твердыми, надежно сжимали винтовку, ставшую продолжением самого меня.
Мир сузился до зеленого свечения, до строгих линий и теней, до механического дыхания.
Люди Кейна двигались безупречно — годы подготовки и доведенного до инстинкта доверия превращали их в единый, смертоносный механизм.
Комната за комнатой, секция за секцией — мы прочесывали здание, сметая все на своем пути.
Приглушенный звук заставил мгновенно развернуться. Через приборы ночного видения я различил размытые силуэты. Мелькнуло движение — и я нажал на спусковой крючок. Выстрел прозвучал оглушительно громко в замкнутом пространстве, за ним — глухой звук тела, рухнувшего на пол.
А затем раздался взрыв. Тела отлетели назад, ударившись о стены.
Кейн выругался. Это был последний звук, который я услышал, прежде чем резко оглушился, словно погрузившись под воду.
Грейсон взглянул на меня — если бы шел первым, меня бы разорвало бомбой.
Зеленый свет линз отсекал цвета, и кровь, растекающаяся по полу, казалась лишь более темным оттенком теней.
Каковы шансы, что Кеннеди здесь? Что каждый нажатый на спуск приближает к ней?
Впереди замаячила еще одна фигура, оружие поднято, время замедлилось, я прицелился и выстрелил. Тело беззвучно рухнуло. Я снова почувствовал темную, опасную сосредоточенность — ту, что когда-то была частью меня.
Двигаемся дальше, подал знак Грейсон, и мы пошли глубже в недра завода.
И неожиданно быть «Шакалом» казалось.. возвращением домой.
Так же, как и любить Кеннеди.
Глава 24
Дверь распахнулась с такой силой, что с грохотом ударилась о стену.
— Черт, черт, черт.
Я тяжело подняла голову, выныривая из вязкого сна. Веки слипались, а в висках пульсировала тупая боль — такая же, как бывает, если проснуться слишком рано.
В комнате было кромешно темно, но я слышала чьи-то шаги — неуверенные, нервные. Затем вспыхнул узкий луч фонарика — прямо мне в лицо.
Я зажмурилась от резкой, болезненной вспышки.
— Вот ты где, — пробормотал Санни. Теперь я узнала его голос. Он закипал от ярости. — Можешь благодарить своего гребаного бойфренда за то, что сейчас будет. Он должен был прислать «Шакалов».. что за херня?
— Ты ждал «Шакалов», — медленно повторила я, чувствуя себя ужасно.
— Мне нужно было, чтобы это были именно «Шакалы», чтобы Тейн и Питер смогли перехватить Грейсона, — он говорил больше себе, чем мне. — А потом мы избавились бы от остальных, кто ему предан. От таких, как Хоук.. И восстановили бы все заново..
Земля под нами содрогнулась. Кровать, на которой я лежала, дернулась в сторону, и даже через толстые стены до меня докатился оглушительный «бум». Кровать. Значит, меня успели куда-то перевезти, пока была без сознания.
Затуманенному разуму потребовалась секунда, чтобы осознать, что происходит. Это не землетрясение. Это взрывы.
— Грейсон! — паника вспыхнула в груди, словно костер, в который только что плеснули бензина.
Значит, план действительно состоял в том, чтобы избавиться от всех «Шакалов», преданных Грейсону. Взорвать их, заманить в ловушку.
— Не только Грейсон, — прорычал Санни. — Все твои четыре красавчика здесь, шлюха.
Страх сомкнулся на сердце ледяным капканом.
— Они обесточили здание, полностью обошли всю цепь командования у «Шакалов» и теперь чертов спецотряд разминирует ловушки, — заявил он, почти рыча от злобы.
Санни выходил из себя. Хотя, если задуматься, давно был не в себе, раз решился предать Грейсона.
Я ощутила внезапную волну гордости. Они были психами. Преступниками до мозга костей.
И потрясающими.
Они шли за мной.
— Но это их замедляет, — Санни хищно ухмыльнулся. — Так что у нас есть время. Мы приготовим им сюрприз. А моя команда уже идет в тыл. Они окажутся в ловушке.
— Правда? — я склонила голову набок. — Но выглядит так, будто здесь только ты, Санни.
— Нет, — возразил он. Фонарь снова ослепил, и я резко отвернулась, защищаясь от света. — Здесь ты и я.
Но он стиснул зубы, судорожно провел руками по вискам, все еще сжимая в пальцах пистолет. Он злился. Все рушилось. План, который он выстраивал пять лет, обращался в пыль прямо на глазах.
Взгляд его метнулся по комнате, и в призрачном красноватом свете фонарика губы растянулись в жуткой усмешке.
Он резко схватил меня за руку и дернул вверх. Я вскрикнула от боли — пальцы врезались в кожу, как тиски. Но ноги не слушались. Не разгибались. Будто я была сделана из резины, слишком слабая после всего, чем меня накачали.
— Ты им не поможешь, да? — усмехнулся он.
А потом перебросил меня через плечо и, пошатываясь, двинулся в темноту.
* * *
Я наблюдал, стиснув зубы, как саперы обезвреживали ловушку. Конструкция была грубой, но смертельно опасной — провода спутаны в хаотичный узел, словно паутина, готовая сомкнуться в любой момент. Каждая секунда тянулась бесконечно. Где-то в этом аду была Кеннеди.
— Осторожно, — прошептал кто-то.
Команда двигалась с филигранной точностью, перекусывая провода, отключая механизмы. Через призрачное зеленое свечение ночного видения сложно было разобрать детали.
Я мог только стоять в стороне, сжимая кулаки, ощущая, как внутри закипает бессилие.
— Чисто, — наконец объявил один из саперов.
Облегчение пронеслось по телу вспышкой, мгновенно сменившись новой волной напряжения. Мы должны двигаться. Немедленно.
Я ступал бесшумно, напряжение загоняло чувства в пределы возможного.
И тут выстрелы прорезали тьму, пули с оглушительным звоном рикошетили от металла и бетона.
Зашипела дымовая шашка. В воздухе заклубился серый туман, застилая глаза, забиваясь в легкие. Я подавил кашель, ныряя за укрытие. Выстрелы продолжались — но стрелявшие были так же слепы, как и мы.
— Вперед! — крикнул я хриплым от дыма голосом.
Двое людей Кейна бесшумно двинулись вперед, занимая позиции для прикрытия. Они растворились в дыму, но если я пойду влево, сможем продвигаться рывками, не попадая под собственные пули.
— Я с тобой, — Грейсон шагнул рядом. Его голос звучал глухо и непривычно в удушающем мареве. — Огневое прикрытие!
Мы рванули вперед. Я налетел на что-то массивное и, не раздумывая, потянул Грейсона за собой вниз.
Вспышка выстрела — короткая, оранжевая, среди серого. Я коснулся плеча Грейсона, подавая безмолвный сигнал: Я его беру.
Грейсон отдал приказ людям Кейна не двигаться, чтобы мы не попали под их огонь.
— Прикрой меня, — бросил я.
Грейсон дал очередь из автомата, а я скользнул в сторону, уходя влево, откуда было удобнее атаковать.
Сквозь завесу дыма различил фигуру, сжавшуюся за перевернутым столом. Я был почти вплотную, когда он заметил меня. Голова резко дернулась в мою сторону, но палец уже сжал спусковой крючок. Две пули — прямо в тело. Он откинулся назад, оружие вылетело из рук.