А Надя, прямо держа головку и глядя не на собеседника, а куда-то вдаль, говорила: „Да, поеду учиться. В театральное. Во Владивосток".
— Почему во Владивосток?
— Там родственники живут. Мама говорит, у них квартира хорошая. В общежитиях трудно вокалом заниматься.
И Надя во Владивосток ездила. Сдавала экзамены в театральное училище. По конкурсу не прошла. Возвратилась. От ансамбля отказалась. Согласилась работать заведующей клубом в своей деревне.
Надя сидела за столом и прихода Сергея не заметила или показывала, что не заметила. В комнате, служившей и ее кабинетом и хранилищем гитар, домбры, барабанов, было прохладно — березки затеняли окно. Босоножки ее валялись под столом. Было видно, что измучены и ее ноги, и сама Надя. Она перелистывала старые планы работы в разбросанных на столах папках, бегло вчитывалась и отвергала. Когда все перебрала, уронила голову на ладонь и уставилась в окно. Понятно было по всему: так она намеревается сидеть всегда — ей не хотелось больше ничего искать, никого видеть.
Вошел Сашка. Решительно всмотрелся в Надино лицо, наклонился, собрал Надины босоножки, поставил аккуратно рядышком с ее ногами. Надя на такую заботу не прореагировала.
— Искала, — сказал Сашка. — Не нашла.
Помолчал и возмутился.
— Да не искать надо. Ну кто на все случаи тебе сценарии приготовил? Их же из самодеятельных сборников передирают. В городах на праздничных действах иногда такую бодягу разыгрывают: а тут... на пять минут спектакля. Да мы сейчас сами такой монтаж сварганим, у тебя все будут его переписывать! Главное, в легкие побольше набрать воздуха. Так... — Сашка напыжился как спортсмен перед прыжком. — Это уже хорошо. Это уже что-то. С лица сошла бледность. Теперь можно и улыбнуться.
Сашка старался рассмешить Надю.
— Правильно. Совсем хорошо! Можно и приступить к творчеству. Достань чистой бумаги. Ручку. Ручки не вижу! А это главный инструмент для поэта.
Надя нехотя достает из шкафа пачку бумаги. Саша пододвигает ее, разворачивает ладом перед заведующей клубом.
— Пиши. Сейчас будем создавать нетленку. Когда с ней познакомятся вышестоящие товарищи, тебя будут расхваливать на всех районных конференциях культработников и выбирать в президиум. И ты будешь делиться опытом идеологической работы в деревне, а библиотечные.работники пригласят свой актив на твои показательные уроки в базовом доме культуры. И так... я выстраиваю схему, сюжет, а эмоциями и пафосом сценарий начинять будешь ты. Выявляем цель. А цель такова...
Идеологический работник, то бишь заведующая клубом, должна поднять настроение хлебороба на уборке!!! В самый разгар страды, когда у хлебороба иссякают силы, искусству необходимо эти силы выработать и вдохнуть. А как?...
„Идет комбайн. Солнце палит. Пахнет горячим мазутом. Пыль. Ветром лицо у комбайнера обожжено. Глаза и нос забиты. Полова летит, кружится. Но комбайн идет!... И тут встречь ему красивая девушка в ярком наряде... и рядом с ней толпа — эстрадное шоу - мальчики и девочки в белоснежных рубашках и красных галстуках. Белоснежных обязательно! — категорично подчеркивает Сашка и указует пальцем на бумагу. — Пометь!... Девочки с караваем в руках преградили комбайну дорогу. Рядом с девочками баянист. Некуда комбайну деться. Удивился комбайн, встал. Хлебороб, ясно, догадывается — люди по его душу. Спускается. От вибрации покачивается. У него покруживается голова. Все внимание ему. Он смущен. В недоумении. Подходят к нему с хлебом-солью на вытянутых руках чистенькие ученицы: „Дорогой Иван Максимович! Или как там? Ну, соответственно. Голос должен быть у девочки душевным, звонким, будто его волнение перехватывает... :— Вам..., а лучше, если это будет дочка комбайнера. — Дорогой папа!... тебе этот хлеб-соль. Прими от благодарных односельчан. Спасибо тебе, папка, за ударный труд и этот хлеб! Тут надо уточнить, сколько Иван Максимович намолотил центнеров. Хлеб подносится. Баянист наяривает туш. И тут надо чуть подождать, чтобы Иван Максимович пришел в себя. Руки у него заняты хлебом. Чтобы снять замешательство, как бы непроизвольно, с милой непосредственностью, находится заведующая клубом, помогает комбайнеру отломить кусочек булки и... целует его. Целует обязательно! И тут, полный ответственности, вступает в действо мальчик. Понятно, зачем ему чистейшая рубашка? Потому как — праздник!
Баян подхватывает мелодию. Серега, какая в таких случаях мелодия надобна? чтоб чувство поднять? Да... Идет мелодия... И ты ручкой подаешь знак. Мальчик приподнятым голосом: