Сашка забегал по полу. Остановился. Наклонился над Надей. Адресовался он только к ней.
Ясно? А что, куплет сделан! Нет, „не зарплаты" не пойдет.
А ну, что получилось?
Сашка берет из рук Нади листик.
Нет, лучше:
Сашка подсунул Наде листок. Поощрил. Он снова вдохновился.
Теперь надо про урожай. Ну... подбрасывайте рифму... Серега... Мне же трудно.
„Рожая... урожая... урожая... Ведь один рожаю...“
Надя падает лицом на лист, катается лбом по столу. Осилив себя, смотрит на Сашку, готовая записать каждое его движение, поражаясь невероятной его способностью наговаривать стихи, такие точные, такие нужные, его умением так свободно творить. В глазах у нее религиозный восторг от Сашкиного таланта. Все это легко прочитывается. Сергей, навалившись на баян, не глядел ни на Сашку, ни на Надю. Через него проходили все их чувства.
Нет. Че-то тут не добираю. Размер не тот.
Тут вступает третий пионер. Музыка не нужна — разрушит неожиданность. Так... Первый заканчивает словами:
— Ты что, — встряла Надя. — Про партию-то зачем? Колхозники не все же коммунисты? А если на комбайне кто будет беспартийный?...
— Чокнутая. Без этого нельзя. Не пропустят. Идеологии надо побольше. А то сразу резанут: „Идеологически не выдержано". Вот отчудила! А поди еще комсомолка? Ты пиши, пиши... Чем больше про социализм, тем вернее. Они это любят. Сразу отметят. Ну дает!... Ты где живешь-то? Пиши... Мы образцовый сценарий творим. Его на мелованной бумаге отпечатают. А тебе премию дадут... С медалью на кофточке будешь ходить.
— Ой не могу!... Сашка, ты очумел...
— Государственную...
Сашка полез на рожон.
— То ты не знаешь, за какие произведения премии дают. Возьми толстые романы, наложи на них нашу „рыбу" и увидишь, что весь этот набор там есть. А концовка...
Сашка опять отстранился от трепа, переключился на творчество.
У мужиков слезу эти слова выжмут. Вот посмотришь. Только бы девочка это с большим чувством произнесла. Но этому надо ее научить. Подрепетировать; Это уж тебе, Надюха. Видела, как детишки на кремлевской сцене надрессированы? „Славит партия вас и народ! Все...“
Сашка сел на диван, откинулся на спинку, будто сбросил груз, обмяк. И залюбовался тишиной.
Сергей представил Сашку в институте среди студентов, его раскованность, и увиделась ему его жизнь там.
Сергей знал, что в городе, в котором учится Сашка, на ежегодных поэтических вечерах электротехнического института выступают писатели, ролики своих приветствий присылают известные поэты всего Союза. Институт в эти дни бурлит. Он наполнен интеллектуальной энергией. И в этой возбужденной духовной субстанции пребывает Сашка. Во всеобщей эйфории Сашка со всеми на равных. Он утверждается в своей исключительности.
Наполняется самоуверенностью. У него даже появляется зоб особого превосходства над другими как у голубя дутыша.