Первым сломался грозный барон Литяга. Голова его опустилась на бронированную грудь, усы выскользнули из специальных держалок на плечах и уныло свисли до полу.
—.. .скажем, созданное на базе девяти плодоовощных институтов-совхозов, четырех консервных заводов и Грозненского плодоовощторга чеченоингушское объединение Консервплодоовощ...
Сидевший за Литягой барон ткнулся рогами в литягину кирасу и произвел звонкий, заливистый храп. Но богатырь даже не шелохнулся.
— Наиболее интересные формы приняло аграрно-промышленное кооперирование в Молдавии...
Но и эти формы не увлекли слушателей. Лишь трехглазый двойник Марата Удакова вслух заметил, что не худо бы эту Молдавию взять на меч, если там так интересно.
— Процесс создания аграрно-промышленных комплексов отнюдь не сводится к простому слиянию совхозов и консервных либо винодельческих заводов...
— А мы-то думали, сольем — и все дела! — снова подал голос Раман Сараторский. Большая часть актива уже погрузилась в сон плотно и основательно. Король свирепо зыркнул на графа-особиста. Тот почему-то сиял и показывал государю большой палец.
Канцлер Калидор притворно прикрыл глаза и делал вид, что тоже придавил, а герцог Тубарет, напротив, вставил между век щепочки, чтобы не смыкались.
— Аграрно-промышленное кооперирование — верный путь дальнейшего развития сельского хозяйства, его интенсификации. Оно вскрывает и ставит на службу огромные резервы как промышленности, так и сельского хозяйства. Теперь, товарищи, рассмотрим состояние дел непосредственно у нас, в Листоранском крае...
Но рассматривать было уже не с кем, только Раман из Саратора не поддался и хитро поглядывал на короля, готовый высказать практически любую гадость.
Виктор Панкратович содрогнулся от негодования и совсем уже было решил еще разок прибегнуть к Митирогнозии, но тут в камин вбежал испуганный слуга и доложил, что один из деревянных телефонов в королевском кабинете трезвонит, как оглашенный. Востромырдин дал знак Калидору следовать за ним в кабинет.
Действительно, самый большой красный телефон без диска, с гербом, аж подпрыгивал на полированной столешнице. Виктор Панкратович сорвал трубку и согнулся:
— Востромырдин на связи!
В трубке раздался наглый голос:
— Какой такой Востромырдин? Это „Исламдальстройдеталь“? Мне Демоницкого Рудольфа Тулубеевича!
— Номер надо правильно набирать! — рявкнул Виктор Панкратович и с грохотом бросил трубку. Потом рухнул в кресло и обхватил голову руками, поняв, что натворил. Ведь это же был пароль! Да пусть и не пароль, а ошибка в соединении — все равно надо было воспользоваться возможностью выйти на Мир и дать о себе знать. Король застонал. Телефон безмолвствовал. Напрасно Виктор Панкратович крутил его, вертел и даже треснул об стол. Потом вспомнил, что за ним присматривают телекамеры, и выказал на лице почтительное ожидание. Сволочи бароны! Попробовали бы они на правдашнем пленуме так демонстративно и организованно кимарить! Вон как заливаются на сорок четыре колена, а некоторые даже кричат во сне, да так жалобно...
— Не ходи, государь, — неожиданно сказал Калидор и положил королю руку на плечо, не давая подняться. — Там и без тебя управятся. Я-то видел, каких трудов стоило тебе навеять на эту банду заговорщиков Смертный Сон. Остальное довершит тайная стража. Не уйдет ни один. Мы с графом разгадали твой высокий замысел. Враг повержен, подобно троцкистам и бухаринцам, о которых ты нам столько рассказывал. В Листоране должен быть только один хозяин...
Виктор Панкратович оттолкнул старика, вскочил и побежал в зал. Тошный запах беды стоял в воздухе. Среди опрокинутых лавок лежали, сверкая окровавленными доспехами, те, кто только что представлял собой цвет листоранского дворянства. Между закованными в металл телами бродили люди в черном, добивая раненых какими-то жуткими двузубыми вилами — в глаза. Кровь подтекала к ботинкам короля.
— Вот и все, повелитель, — ласково сказал граф Ливорверт, вытирая галстуком широкий нож. — Не один твой предшественник мечтал об этом дне. С первой победой тебя, король...
Виктор Панкратович закрыл глаза и начал блевать.
Глава десятая
Дорога все шла лесом, но уже стали попадаться явные признаки человеческого жилья: огороженные жердями поляны, на которых произрастали всякие вкусные вещи, тележное колесо — треснувшее, но искусно вырезанное из цельного куска, а потом дорогу пересекла, позванивая колокольчиком, какая-то скотина, по своим тактико-техническим данным вплотную приближавшаяся к корове. И, наконец, навстречу полковнику с капитаном вышла древняя старушка, проводящая поиск недавней скотины. Старушка похвалила военнослужащих за бравый вид, горячо поздравила со славной победой над зубастым голяком и сказала, что всего три дня тому назад встретила на этой же дороге двух весьма прекрасных принцев, отягощенных, по всей видимости, военной добычей. Принцы говорили с ней, как с благородной дамой, и даже угостили конфетой, после чего двинулись дальше, распевая песню, да такую душевную, что деревья ходили ходуном и выворачивались с корнями.