— А люди врать не будут, — ответила Ксения. — Они с тобой согласны.
— А я ничего такого не сказал, чтобы со мной соглашаться.
— Сказал, ангел мой, сказал, — ответила Ксения. — Сказал, что твои пришельцы, — тут она показала пальцем в потолок, напоминая, что корабль мелких пришельцев все еще висит над городом, — к тараканам прилетели.
— Что?
— Весь народ уже знает.
- Да ты с ума сошла! На что им тараканы?
— Родственники им, — ответила Ксения. — Из одной расы. Так сказать, из одной весовой категории.
— Нет! — закричал Удалов. — Быть того не может, потому что тараканы неразумные, отсталые, безмозглые насекомые!
— Ты так думаешь? А если это так, почему они за наш счет живут и ничем их вывести нельзя? Почему люди всегда терпят поражение в борьбе с тараканами?
Ксения говорила, встав в позу оратора и текст у нее получился торжественным.
— Ну уж поражение... — неуверенно возразил Удалов.
— А вот теперь сомнений у тебя не будет. Эти, что наверху, прилетели специально, чтобы защитить тараканов от наших нападок, от истребления. По тараканьей жалобе.
— Ну уж... — и тут взгляд Корнелия упал на небольшое черное существо, которое стояло на диванной подушке и поводило в воздухе передними лапками. Это был крупный таракан-пруссак, таких Удалов даже на кухне редко видел, а уж чтобы такое неприятное насекомое осмелилось выйти на свет днем — было немыслимо.
— Это еще что? — Корнелий стал искать глазами, чем бы смахнуть на пол и раздавить вечного человеческого противника, но Ксения, догадавшись, схватила его за руку.
— Корнюша, опомнись! — закричала она. — Внуков пожалей.
Ксения висела на руке Удалова и тот, удивившись, спросил:
— Ты-то чего испугалась?
Ему почудилось, что таракан, которого резкие движения Удалова вовсе не испугали и не заставили спрятаться, слегка улыбается. Затем он пригладил усы передней лапкой!
— Дай я его хоть с дивана сгоню, — сказал, сдаваясь, Корнелий.
— Захотят, сами уйдут, — сказала Ксения о таракане, как говорят о сумасбродном барине, которого нельзя раздражать и дразнить.
— Откуда ты набралась этой чепухи? — грозно спросил Удалов, отворачиваясь от дивана и нахального таракана.
— Люди говорят, — ответила Ксения. — Люди врать не будут.
— И что же еще они говорят?
— А то говорят, что тараканы объединились и послали к своим собратьям послание, что мы, люди, их угнетаем и уничтожаем. И потому они просят помощи.
— А эти прилетели! — сарказм бушевал в голосе Удалова.
— А эти прилетели, — ответила Ксения мирно, собирая крошки на блюдечко и капая туда же варенья. — И не только в Гусляр. Говорят, что уже над всеми городами Земли они повисли. И скоро выйдет приказ, чтобы люди отдали всю власть тараканам и подчинились им во всем. Чтобы любили, кормили и так далее.
— Что такое „так далее"? — подавленно спросил Удалов.
— А это нам тараканы сами скажут, — пояснила Ксения. — Говорят, что будут девушек наших брать в гаремы, что запрягать нас будут в ихние кареты, а еще положено будет спать с тараканами, потому что тараканы уважают человеческое тепло.
— Еще чего не хватало! — Удалов в гневе обернулся к пруссаку, но тот уже был не один — на подушке сидело и стояло штук двадцать тараканов.
Удалов не успел даже дотронуться до них, как Ксения ласковым голосом заблеяла:
— Миленькие мои, голодненькие, идите, покушайте, подкрепитесь.
И с ужасом Удалов наблюдал за тем, как тараканы вереницей пересекли пол, поднялись по ножке стола, окружили блюдце с едой и принялись дружно питаться.
В отвращении Удалов погрозил тараканам кулаком и увидел, как самый крупный из тараканов погрозил ему лапкой в ответ.
Тараканы, прознавшие, что наконец-то историческая справедливость, как они ее, паразиты, понимали, восторжествовала и теперь они с людьми поменялись местами, в течение нескольких минут вылезли из всех укрытий и темных мест. Они и в самом деле нагло заходили в места общественного питания, в столовые, в ресторан „Гусь“, в коммерческие кафе и даже в служебные буфеты, всюду требуя лучшей еды, и были совершенно ненасытны. К тому же они умудрялись хапать куда больше, чем были в состоянии сожрать и разбрасывали объедки по всему городу.
Удалов как раз пришел к городскому голове Коле Белосельскому, чтобы спросить его совета — что делать, как жить дальше под тараканами и нельзя ли вызвать из центра ракетную дивизию, когда делегация из нескольких крупных тараканов выставила Белосельского из кабинета, сказав, что он числится в главных тараканьих врагах и потому отныне ему вход в помещение запрещен.