Майор что-то написал на бумажке и протянул ее Сергею:
— Возьмите. Тут мой рабочий телефон, а тут — домашний. Обычно я его никому не даю, но сейчас дело касается моего друга. Вы можете идти. О результатах экспертизы я вам лично сообщу через два-три дня, хоть это и не входит в мои обязанности.
Сергей после некоторой заминки взял бумажку. Не читая, сунул в карман и сказал:
— Если ваш друг — такая важная птица, что вы перед нами распинаетесь, то что же он в метро ездил вместе с простыми людьми, а не на служебной машине? Задание выполнял? За людьми следил? Пусть бы лучше поднял вопрос об этой несчастной станции метро. Я удивляюсь, что на рельсы там падают не каждые пять минут, а чуть реже. А я теперь умный. Спасибо, научили! Буду долго думать, прежде чем вам помогать.
Майор ответил:
— Не волнуйтесь вы так, Алексей Иванович. Вы сейчас возбуждены и поэтому не отдаете себе отчета в том, что говорите. Подождем результатов экспертизы. И тогда все выяснится.
Мы сидели в номере Сергея. Я сказала:
— Целый день, считай, зря пропал.
— А почему ты перестала наблюдать за Ольгой? — спросил Сергей.
— Я смотрела только на тебя, — призналась я. — Боялась, как бы тот мужик тебя не избил.
— Напрасно боялась, — улыбнулся Сергей. — Оказалось наоборот, это я для него опасен. Слушала майора? Но все-таки жаль, что упустили Ольгу.
— Я как только поняла, что тебе ничего не грозит, сразу хотела продолжить слежку, — сказала я. — Но Ольги уже не было на скамейке.
— Ну что теперь делать? Будем ждать, когда Ольга появится в гостинице, — отозвался Сергей. — Мне обещали позвонить, как только она поднимется на наш этаж.
Все три номера располагались рядом в таком порядке, если считать от лестницы: мой, Сергея и Ольги. Когда я после милиции зашла к себе, то обнаружила, что соседка смотрит телевизор.
— Книжка кончилась. Вот и пришлось попросить телевизор, — сообщила соседка. — К сожалению, принесли черно-белый. Но ничего — смотреть можно. Присоединяйся.
Я посмотрела на экран. Показывали „Ревматическую гимнастику", поэтому я коротко доложила соседке о событиях дня и ушла к Сергею. Но толком поговорить нам не удалось. Ровно в восемь вечера в дверь постучали, и не дожидаясь нашего приглашения, на пороге возникла миловидная худощавая женщина с безумным взглядом.
— Еле-еле вас нашла, — заявила она. — Хорошо, добрые люди подсказали, где вы живете, — и объяснила, — я видела вас утром в магазине. И сразу решила, что только вы мне поможете.
Я засмеялась:
— Сергей, у тебя овощи в номере есть? Или вы свои принесли вместе с сумкой? Вам их как укладывать? Помедленнее? Или, может, в посылку запакуем? Из казенной простыни прекрасный мешок сошьем.
Но женщина продолжила, никак не ответив на мои слова:
— Вы оба должны мне помочь. Вы же журналисты. Я вам сейчас все объясню.
— Нет. Лучше не надо, — воспротивился Сергей. — Каждому делу соответствует свое место. Мы дома, а тем более в гостинице, не занимаемся работой. У нас есть определенная задача, и отвлекаться на другие вопросы мы не намерены.
Но женщина очень прямо села на стуле, который мы ей забыли предложить, нервно переплела пальцы и тихо, но твердо, сказала:
— Пока вы меня не выслушаете, я никуда отсюда не уйду. Вы — моя последняя надежда.
Мы с Сергеем переглянулись. Он незаметно показал мне кулак и выразительно кивнул, я истолковала это как слова: „Твоя идея с журналистами. Как хочешь, так и выпутывайся", и попыталась сгладить ситуацию.
— Хорошо. Расскажите, что у вас произошло, — разрешила я. — Но мы ничего не обещаем. Может быть, ваш случай идет не по нашему профилю. Может быть, еще что-нибудь не так. Но все-таки вы нас уговорили. Выслушать мы вас обещаем, если, конечно, история не очень длинная.
Женщина сверху вниз провела рукой по лицу и с трудом произнесла:
— Я вас надолго не задержу. Постараюсь быть краткой. Но прошу, не отмахивайтесь от меня. Мне кроме вас больше некуда идти.
Наша гостья сначала запиналась на каждом втором слове. Но потом, собравшись с мыслями, заговорила так гладко, что меня не покидало ощущение хорошо отрепетированной роли. Хотя, возможно, этой женщине так часто приходилось повторять рассказ о своей истории, что она выучила его наизусть.
— Меня зовут Королькова Светлана Алексеевна, — представилась гостья. — Я — врач. Работаю в детской поликлинике. Муж — Корольков Игорь Степанович — ведущий инженер в одном почтовом ящике. Теперь уж — бывший инженер.