Я переложила магнитофон так, как ношу его обычно — чтобы было можно его включить в любой момент. „А все-таки, прав был Сергей, — подумала я, — когда говорил о психах."
Если бы не этот псих с утиным носом, я, возможно, услышала бы что-то важное!
— А где все остальные? — спросила я псевдосестру Людмилы Сергеевны, входя в лабораторию.
— А где вы так поцарапались? — последовал ответ.
— Колючки на кустах надо регулярно подстригать, — заметила я. — Хорошо еще, я голову догадалась нагнуть — хоть лицо не поцарапала.
Псевдосестра как-то странно взглянула на меня и сказала:
— Звонил шеф.
— Петров? — спросила я.
Псевдосестра кивнула и чуть повысила голос:
— Звонил шеф. Вызвал на совещание к директору Альберта Леонидовича. И сказал, что Изольда и ваш сослуживец ему больше не нужны. Они скоро придут в лабораторию. Поэтому вы никуда не уходите.
— Я и не хочу уходить, — ответила я. — Я уже раффлезию посмотрела.
— А где Люда? — встала из-за стола моя собеседница.
— Вдруг куда-то убежала, — объяснила я.
— Убежала? — поразилась псевдосестра.
Но помолчав, добавила:
— Я поняла. Наверное, пришло время собирать ананасы. Вот она и спешила. Но это, надеюсь, останется строго между нами. Я могу рассчитывать на ваше молчание?
Я с достоинством произнесла:
— В жизни не болтала лишнего.
— Пойду помогу Люде собрать урожай, — сказала псевдосестра и покинула лабораторию.
Лоб Сергея украшала царапина. Светлая рубашка была в грязи. Да и сам Сергей имел довольно потрепанный вид.
— Что с тобой? — воскликнула я.
— А с тобой? — отозвался Сергей. — Я-то упал. А ты?
— Заблудилась в джунглях, — сказала я. — Пришлось продираться через колючки.
— Мы сейчас поедем в Академгородок — во второй ботсад, — мрачно заявил Сергей. — Туда по ошибке прислали для нас семена. И Петров что-то тянет. Сказал, только завтра будут готовы материалы.
— А я-то надеялась, что сегодня закончим, — притворилась я огорченной и успокоила Сергея: — Мы и так из-за убийства в метро обещали не уезжать из Н-ска.
— Я не очень испачкался? — неожиданно спросил Сергей. — Тебе не стыдно будет ехать рядом со мной?
— Нет! Что ты! — заверила я Сергея. — Тебя как ни одень...
— Все равно умнее не стану? — улыбнулся Сергей.
— Нет! Я совсем не то хотела сказать! — возмутилась я.
— Оправдывайся, оправдывайся теперь! — произнес Сергей. — На мой вопрос: „Все равно умнее не стану?"— „Нет, — отвечаешь. — Не станешь. Это тебе не грозит. “
Я махнула рукой:
— Тебе ничего не докажешь. Можешь не верить, но мне, и правда, не важно, ползал ты по грядке или тонул в луже. Жаль только, что поедем не на такси. Народ в автобусах не такой спокойный, как я.
— Народ спокойный, не сомневайся, — задумчиво сказал Сергей. — Ты не видела моей рабочей одежды, когда я на стройке работал. Раз в сто была грязнее, чем сейчас. Я везде в ней ходил — ив столовую, и в кино. И никто ни слова не сказал.
Это оказалось для меня новостью. Я не знала про стройку. В трудовой книжке Сергея не было о стройке ни слова. Или Сергей сейчас врал. Или тогда подрабатывал. Или у него две „трудовых", а, может, и больше.
— Ты что, маляром работал? — спросила я.
— Нет. Сторожем, — объяснил Сергей.
— А разве на стройке есть сторож? — поинтересовалась я.
— Смотря какая стройка. — Сергей нахмурил брови:
— А может, вывернуть рубашку наизнанку?
— Не вздумай! — воскликнула я. — Дурная примета! Тебя обязательно побьют.
— Кого? Меня? — возмутился Сергей и пересек лабораторию.
В углу на вешалке было несколько белых халатов. Но Сергей выбрал только один:
— Этот халат как раз на меня. Помнишь, я его примерял, когда ты потерялась в оранжерее из-за того, что не взяла компас? Я еще тогда заметил, что две нижние пуговицы у халата черные, а не белые.
— Какой ты внимательный! — поразилась я.
— Просто люблю порядок, — скромно сказал Сергей.
Он взял ножницы с ближайшего стола и укоротил халат сантиметров на пятьдесят. Грязную рубашку Сергей затолкал в спортивную сумку.
— Удачно я захватил эту сумку, — пояснил Сергей. — Все время валялась в гостинице. Думал — не пригодится.