— Подслушивала разговор о шантаже, — честно призналась я.
— Ловко! — радостно улыбнулся Сергей. — Теперь хоть не надо подозревать друг друга. Я бы даже не знал, что делать, если бы Изольду убила ты.
Я кивнула:
— Подозреваемых снова осталось всего пятеро. Теперь мы быстро вычислим убийцу!
До самой гостиницы мы перетасовывали подозреваемых, но так ничего и не решили. Не хватало фактов. Каждые пять минут нам казалось, что наконец-то мы поняли, кто убил Изольду. И с такой же скоростью мы отказывались от обвинения, когда вспоминали кого-нибудь другого.
Мы хотели найти убийцу, но боялись ошибиться и вынести приговор невиновному.
И поэтому список подозреваемых никак не сокращался.
В гостинице я сказала соседке:
— Сергей и Ольга пошли к Сергею.
Соседка моментально включила большой магнитофон. Не сразу, но мы услышали Ольгин голос:
— Почему ты не остался с Петровым, а пошел за Изольдой?
Я поняла, что Сергей уже рассказал про убийство. И сказала соседке:
— В лаборатории убили Изольду. Точнее, в оранжерее. Нас тоже подозревают.
Соседка зашипела на меня, потому что Сергей как раз объяснял:
— Петров меня отправил в лабораторию.
— Петров? — удивилась Ольга. — А почему он тебя не оставил с собой на совещание?
— А что мне там делать? — отозвался Сергей. — Я же здесь в командировке.
— Неужели они могут подозревать тебя? — произнесла Ольга.
— Я же тебе говорил, он всех подозревает, — объяснил Сергей. — А меня — больше всех.
— Тогда надо что-то придумать, — сказала Ольга.
— Что? — печально спросил Сергей.
— Когда я вернусь, думаю, найдем выход, — заявила Ольга.
И ушла, несмотря на возражения Сергея, который продолжал говорить: — Ну, куда ты так торопишься?
Только мы вышли из гостиницы, как Сергей закричал:
— Беги!
Я оглянулась, но ничего подозрительного не заметила. А когда я решила переспросить Сергея, то увидела, что он уже отбежал от меня метров на десять.
Я бросилась за ним, понимая, что Сергей не такой человек, чтобы зря бегать по улицам.
И конечно, Сергей подождал меня на остановке.
В автобусе он объяснил:
— Королькова!
Королькова металась по остановке, а Сергей гордо произнес:
— Она охотилась за нами у гостиницы. Я ее сразу заметил.
— Не город, а сумасшедший дом! — сказала я. — Нельзя спокойно пройти по улице. Нас все время кто-то преследует.
— Или мы кого-то, — кивнул Сергей. — Надеюсь, Королькова не будет ловить нас в капканы.
— Да, — согласилась я. — Пусть лучше роет для нас волчьи ямы. Может, в них кто-то попадется.
Сергей одобрил идею:
— Ямы, конечно, рыть проще. Особенно, если кругом асфальт.
В лаборатории находились следователь и псевдосестра. Последняя сообщила:
— Все ушли на обед.
Я решила наладить более дружеские отношения со следователем. Он сидел за столом толстячка и что-то писал в блокноте. Я придвинула ближайший стул и устроилась рядом.
Следователь захлопнул блокнот и подозрительно посмотрел на меня.
Я улыбнулась и тихо сказала:
— Не бойтесь. Я без оружия.
Следователь нахмурился:
— Я-то ничего не боюсь. Бояться надо вам.
Я поняла, что взяла неверный тон. И решила выбрать нейтральную тему. Что называется — „поговорить за жизнь".
— Это у вас первое серьезное дело? — вежливо спросила я.
— Почему это — первое? — неожиданно обиделся следователь. — Да у меня одних убийств было двести одиннадцать! А если брать только случаи, когда убивали молотком, — то двести восемь, — и следователь покраснел. — Да! Да! Точно! Из двухсот одиннадцати убийств двести восемь были совершены молотком! Причем, почти всегда удар наносился в основание черепа. Всего два раза убийцы промахивались и попадали в затылок.
— Да? — выдавила я.
У следователя блестели глаза: