Молли смеется и качает головой.
— Он хочет, чтобы всё было идеально. Надеюсь, у вас будет потрясающий вечер.
— И надеюсь, что вы там хорошенько постучите сапожками, — добавляет Уилер. — Причём в наших сапогах. Какие тебе нравятся?
— Все, — вздыхаю я, кладя руку на миндалевидный носок пары из слоновой кости. — Я влюбилась в эти. Это странно, если я скажу, что влюбилась и в вас тоже?
Но вот в Сойера я точно не влюблена. Мне он, конечно, нравится. Очень. И это уже само по себе пугает. Стоит только задуматься о чём-то большем — и внутри всё кувыркается так, как при неожиданной турбулентности в самолёте.
Но пока всё, что происходит между нами, — это чистое удовольствие. И как не наслаждаться тем, что он даёт мне свободу быть самой собой?
Чем больше я об этом думаю, тем яснее понимаю: с Дэном у меня никогда не было так весело. Он никогда не принимал мою свободную натуру так, как делает Сойер.
Уилер обхватывает меня под руку.
— С тем, как ты зажгла Сойера, мы все тут немножко в тебя влюблены.
У меня замирает сердце.
— А он разве раньше не светился?
— Элла всегда зажигает его, — объясняет Молли. — Но, насколько я знаю, а я здесь относительно недавно, Сойеру досталось тяжелее всех. Кэш говорит, он тяжелее всех пережил смерть родителей. Он всегда ставил других на первое место. Я рада, что теперь, когда рядом ты, он меняет это. Он стал...
— Более расслабленным, — вставляет Уилер. — Меньше тревожится.
У меня внутри расцветает тепло. Даже если я не уверена, что заслуживаю такие слова. Разве он не ставит меня на первое место, когда мы вместе? Я стараюсь отвечать ему тем же, но его желание заботиться обо мне такое всепоглощающее, что справиться с этим не всегда просто.
Бедный мой сладкий, чертовски сексуальный ковбой.
Я устрою тебе лучший вечер в жизни в субботу.
— Спасибо вам за эти слова, — улыбаюсь я. — Вы умеете заставить девушку почувствовать себя особенной.
Уилер указывает на стену с сапогами.
— Это наша работа. Ну что, Ава, расскажи, какой образ ты хочешь для субботнего вечера?
— Ооо, будет весело! — хлопает в ладоши Молли. — Но я не хочу выдать все секреты...
— Значит, ты знаешь, что он задумал, — говорю я, ещё больше заливаясь румянцем. Убью же я этого мужчину.
А потом зацелую его до потери сознания.
— Знаю. Он попросил у меня помощи... скажем так, кое в чём, где я эксперт.
Уилер пожимает плечами.
— Говорила же — он хочет, чтобы всё было идеально.
Сердце у меня теперь где-то в горле. Он действительно вложил в это свидание массу сил. Массу.
Часть меня хочет сбежать куда подальше.
Сойер не играет в полумеры. Он действительно ко мне привязался.
Но если быть честной... я тоже привязалась к нему.
Как тут не привязаться? За короткое время мы прошли через многое.
И это даже пугает.
Я уже чувствую эту нежность внутри. Я уже мечтаю увидеть его снова. Сегодня утром, когда мы столкнулись на входе в садик, я не могла перестать улыбаться после его невинной на первый взгляд, но чертовски пошлой шутки про то, что его кофе сегодня не такой вкусный, как в прошлый раз.
Если он теперь исчезнет — мне будет больно. Если он когда-нибудь разочарует меня — если, скажем, вдруг решит, что ему не по душе моя дикая сторона — это разорвёт меня на куски.
Теперь я отвечаю не только за себя. Есть ещё Джуни. И Элла. У нас с Сойером нет права развалиться, когда, а не если, что-то пойдет не так.
Но, Господи, как же здорово снова испытывать такое предвкушение перед свиданием.
Я всегда думала, что магия происходит в начале двадцатых. И магия действительно случилась в середине моих двадцатых — когда родилась Джуни. Но, пожалуй, мне никто не говорил, что лучшее ещё впереди. Что жизнь не заканчивается после свадьбы, рождения ребёнка или развода.
Наоборот — иногда именно тогда она по-настоящему начинается. Жизнь, в которой ты наконец-то становишься собой. Настоящей. Без извинений.
— Ей нужно будет что-то тёплое, — говорит Молли.
Уилер прикладывает палец к губам.
— Тёплое, но симпатичное. Что-то вроде уюта в снежной избушке.
— Милая, это уже твоя история, — смеётся Молли.
— Правда? — спрашиваю я. — Звучит интересно.
— Это история для другого раза, — отмахивается Уилер. — Так, подожди, Молли — у тебя ещё осталась та куртка Pendleton? Светло-коричневая, с узором в жёлтых, коралловых и чёрных тонах?
Молли ахает.
— О, Боже, да! Пальто-одеяло! Его можно носить как куртку или...
— Ну конечно, использовать как одеяло после того, как Сойер тебя разденет.
— Идеально! Ты гений, — восклицает Молли, переваливаясь через комнату. — С джинсами и какой-нибудь уютной свободной кофтой в тон коралловому узору на куртке?
Я поднимаю руки.
— Эй, эй, эй, вам не нужно давать мне одежду.
— Но мы хотим, — бросает Молли через плечо, заходя в комнату, которая, судя по всему, была ванной.
Уилер кладет руку мне на предплечье.
— Нам это в радость. Мы нечасто скучаем по Далласу — именно там мы с Молли начали Bellamy Brooks, но по шопингу, одежде и моде скучаем. Если ты не против, мы бы с радостью подобрали тебе образ.
— Я только за, — смеюсь я. — Мне просто неудобно вас напрягать.
— Ничуть, — отвечает Уилер, поворачиваясь к стене с ковбойскими сапогами. — Так, для этого образа я вижу что-то классическое, но с изюминкой. Может, перекликающееся с коралловым цветом... Ага! Вот они! — Она снимает с полки пару светло-коричневых сапог. Средняя высота голенища, миндалевидный носок, коралловая строчка на мысе и вдоль швов.
— Они потрясающие, — выдыхаю я, проводя пальцами по мягчайшей коже.
— Какой у тебя размер ноги? — Уилер быстро осматривает мои ступни. — Девятый?
— Угадала.
— Повезло тебе, — улыбается она. — У Молли такой же размер, так что у нас всегда есть образцы девятого размера. — Она переворачивает сапог, глядя на подошву. — Точно. Примерим?
Молли возвращается из кладовки, неся, наверное, самое красивое пальто, которое я когда-либо видела, и уютный свитер с V-образным вырезом яркого кораллового оттенка.
Пульс учащается, пока я мысленно представляю себе весь наряд целиком. Он будет потрясающим. Я его ещё даже не надела, а уже чувствую себя красивее, чем за последние несколько лет.
Я редко покупаю себе такие вещи — работа с лошадьми и маленькими детьми требует скорее практичной одежды — поэтому это настоящий праздник: примерить такой комплект вместе с новыми сапогами.
Молли подводит меня к зеркалу в полный рост рядом с письменным столом.
Увидев своё отражение, я широко улыбаюсь.
— Ох, дорогая, ты выглядишь шикарно, — говорит Уилер, встряхивая мои волосы и закидывая их через плечо. — Сойер точно не сможет оторвать от тебя рук.
Молли тоже улыбается.
— Именно этого мы и добивались. Всё готово, Ава. Теперь иди и покори своего ковбоя.
Глава 20
Сойер
Штат Одинокой Звезды
Сердце колотится, когда я паркую свой пикап рядом с «Субару» Авы у милого каретного домика. Глушу мотор и вытираю потные ладони о джинсы.
Мне не свойственно нервничать. Но сейчас я волнуюсь как чёрт знает кто, распахиваю дверь и выхожу на тёплый вечерний воздух. Хотя на календаре ещё зима, весна уже начинает заявлять о себе. Много солнца, температура около двадцати градусов, лёгкий ветерок. Мне это нравится. Особенно если погода позволяет устроить пикник у костра.