— Они довольно долго не выходили из машины. Продолжали ссориться. Потом она… наша клиентка вышла. Лицо ее было весьма раздраженным. Хлопнула дверью и ушла. Ушла очень быстро.
— Ты проследил, куда?
Илан огорченно развел руками.
— Не было возможности, — сказал он. — Там как раз занесло семитрейлер, он перекрыл дорогу. Сама улица узкая, едва разъедешься.
— Понятно… А ее приятель? Остался в машине?
— Нет. Немного подождал. Я думал — тоже ждет, пока грузовик развернется. Но он вышел из машины и вошел в подъезд. Пробыл там недолго… — Илан немного замялся. — Я решил, раз я все равно не могу проследить за клиенткой, зайду-ка и посмотрю, куда пошел ее друг. Они ведь явно собирались вместе. Мне кажется, он всю дорогу уговаривал ее зайти, а она отказывалась. И в конце концов ушла.
— Выводы потом, ладно?
Илан пожал плечами.
— Так куда же он вошел? — спросил Алекс.
— Квартира 8, — ответил стажер. — Но он не вошел. Никого не было дома. Во всяком случае, ему никто не открыл. Он несколько раз позвонил и вышел.
— Понятно. Дальше?
— Дальше мы уехали. Дорога уже была свободна, так что — сначала он, потом я.
— Больше ты не следил за ним?
Илан снова замялся.
— Следил, — ответил он. — А что?
— Куда он поехал потом?
— Улица Швуот, 29. Там он тоже пробыл недолго.
Розовски изумленно уставился на стажера.
— Повтори последний адрес! — приказал он.
— Швуот, 29, — послушно повторил Илан. — А в чем дело?
— В Тель-Авиве? — на всякий случай уточнил Розовски.
— Конечно.
— Ты запомнил, как он выглядит? — спросил Розовски после короткого замешательства.
— Запомнил.
— Опиши!
— Лет тридцать пять, я уже говорил. Ну, может тридцать восемь. До сорока, во всяком случае. Рост средний, — начал перечислять приметы Илан. — Выглядел вполне прилично. Серый костюм, коричневые туфли. Галстук в тон, дымчатые очки. По-моему, немного близорук, когда подъезжали к дому — на Мигда-лей-Кнааним, — долго присматривался к табличке, придерживая очки, — стажер немного помолчал. — Вообще похож на бизнесмена. Так мне показалось. Не из миллионеров, конечно, но…
— А почему не из миллионеров? — перебил Розовски.
— «Дайатсу» не «Вольво», — ответил Илан. — И галстук не от Кардена.
— И очки не в золотой оправе, — подсказал Маркин. — Очень точное описание.
Стажер хмуро посмотрел на него, но ничего не ответил.
— Не придирайся, — строго сказал Розовски. И снова обратился к Илану: — Какие-то особенности, может быть, мелочи? Ничего такого не заметил?
— Я же не подъезжал близко.
— Понятно. Так ты полагаешь, они не ездили просто покататься? Знаешь, решили проветриться, по дороге у женщины потекла тушь или случилось что-нибудь с колготками. Она захотела вернуться, а он возражал. Ну и поссорились. Или это выглядело более серьезно?
Илан открыл было рот, но сказать ничего не успел. Дверь распахнулась, и, несмотря на протестующий возглас Офры, в кабинет влетел Зеев Баренбойм, как всегда шумный и веселый.
— Привет всем! — закричал он. — А тебе, Натан, — мои поздравления! — Он потряс зажатой в руке газетой. — Вот это я понимаю — реклама.
В душе Натаниэля зашевелились нехорошие предчувствия.
— Спасибо за поздравления, — настороженно сказал он. — А можно узнать, с чем ты меня поздравляешь? Все праздники кончились неделю назад. А день рождения у меня в ноябре.
— При чем тут день рождения? — Баренбойм плюхнулся в свободное кресло и с наслаждением вытянул ноги. — Я об интервью.
— Что-что?! — Розовски выхватил у него газету. — Какое еще интервью? — Он развернул газету и прочитал на первой полосе: «Натаниэль Розовски: русской мафии в Израиле нет!» Фраза была вынесена в заголовок и соперничала с ним размерами и расцветкой. Можно было предположить, что Натаниэль Розовски если не премьер-министр Израиля, то уж во всяком случае министр внутренней безопасности.
Газета выпала из рук детектива.
— Он что, с ума сошел?! — потрясенно вопросил Розовски.
— А? — Баренбойм озадаченно посмотрел на Натаниэля, перевел взгляд на его помощников. Алекс откровенно хихикал. Лицо Илана было невозмутимым. — В чем дело? Чем ты недоволен? По-моему, очень красиво. Я даже позвонил Мише и поблагодарил от твоего имени.
— Да? — мрачно произнес Натаниэль. — Поблагодарил? — Первый шок уже прошел. Розовски снял трубку. — А я вот его сейчас сам поблагодарю, — угрожающе сообщил он Баренбойму, набирая номер «Ежедневной почты». — Алло! — сурово сказал он. — Михаил Коган? Когда будет? Завтра? Нет, ничего передавать не надо. — Натаниэль положил трубку. — Завтра так завтра. Нагряну как снег на голову, — мечтательно произнес он. — И тогда… — он поднялся из-за стола. — Ладно, у меня уже нет времени. Алекс, ключи от машины!