Семь минут сорок секунд.
Юки остановила таймер «правая грудь», «столбиком» подняла уже засыпавшего Соту на руки и принялась поглаживать его по спине снизу вверх, чтобы он срыгнул. Частенько это не помогало, но сегодня все получилось.
Она положила Соту на матрас и уже привычными движениями снова завернула в одеяло-конверт.
Менее девятисот тысяч новорожденных.
В сознании Юки Сота никоим образом не входил в эти девятьсот тысяч. Не имел к ним никакого отношения. Это ведь просто цифры.
Сота сладко спал в ярком полуденном свете. Трудно поверить, что уже через несколько часов он снова зайдется в плаче, а лицо его покраснеет. Из-за того, что ресницы у него пока еще короткие, глаза выглядят точно две щелочки, аккуратно прорезанные ножом.
Ей много чего нужно было успеть за это время, но Юки, точно не в силах противиться зову лица Соты, который задремал в ту же секунду, как оказался в кровати, прилегла рядом и закрыла глаза.
Перед глазами у нее красным светом мерцали место и время, которые она только что прочитала на экране смартфона.
На небе ни облачка, а Сота крепко спит в своей переноске – теперь это уже не простой слинг, а целая конструкция. Одно это внушало Юки уверенность. Несмотря на то, что они сейчас находились гораздо дальше от того места, где пролегал их с Сотой обычный маршрут, он спокойно спал, не обращая ни на что внимания.
До того, как у Юки появилась эта переноска, она даже не знала, как называется эта штука, с которой все ходят, и искала ее в интернете, пока не наткнулась на хэштег в соцсетях – сначала ей показалось, что это обыкновенная сумка на ремешке. Или что-то вроде рюкзака. Теперь-то она хорошо в этом разбирается.
Юки не успела и глазом моргнуть, как в ее голове появилось множество наименований товаров, новой информации и фактов, до рождения ребенка совершенно ей не нужных. Было, однако, в этом новом знании нечто освежающее. Что ни говори, а учиться чему-то в любом случае интересно.
Когда пришло время нести месячного Соту на осмотр к врачу, Юки, с момента выписки из больницы никуда с ним не выходившая, впала в панику – ей казалось безумием тащить на улицу такое крошечное существо, и тогда-то она и приобрела эту переноску последней модели, самую прочную из всех, что были в то время в продаже.
Чем чаще они с Сотой выходили во внешний мир, тем больше улетучивались ее волнения и страхи, иногда ей даже становилось неловко – с этой переноской она выглядела так, будто нацепила бронежилет бойца из отряда специального назначения, впрочем, под нее что ни надень, эффект будет соответствующий. Юки с завистью посматривала на окружающих, чьи переноски были сделаны из гораздо более натуральных, дышащих материалов, но затем переводила взгляд на тихо дремлющего Соту, плотно зажатого между ее грудью и переноской, и понимала, что ради этого готова мириться с любыми неудобствами. Встречая в городе людей с такой же переноской, как у нее, Юки, радостная, что встретила очередного единомышленника, обращала внимание на их внушительный вид и лишний раз убеждалась, что выглядит так же.
Парк, где назначили место сбора, – там еще располагался концертный зал, был забит людьми. Почти все из них – женщины, но кое-где можно было заметить и мужчин.
Учитывая их цели, вряд ли кто-то из них предъявит претензию по поводу плачущего ребенка, но Сота, проснувшись, и правда с большой долей вероятности мог начать капризничать или реветь, поэтому Юки на всякий случай встала подальше, там, где народу было не так много.
Осмотревшись вокруг, она заметила, что женщины с детьми и семейные пары с колясками так же, как и она, держатся позади. Маленький мальчик, по виду детсадовец, держа обеими ручонками небольшой плакатик, развернул его над головой, а женщина, скорее всего, его мать, с улыбкой фотографировала ребенка на смартфон.
В тени деревьев покачивалась, будто пританцовывая, женщина с переноской. Встретившись взглядами с Юки, они двинулись навстречу друг другу.
В переноске спала, посасывая палец, крепенькая девочка, по виду постарше Соты. В книгах по воспитанию детей подробно рассказывается об этапах развития, например, на каком месяце что учится делать ребенок, но в конечном итоге это – не больше чем усредненные стандарты, так что у Юки никогда не получалось отгадать, сколько месяцев или лет было другим детям.
– Как сладко спит! – сказала Юки.
– И у вас тоже. – Женщина с улыбкой посмотрела на Соту. – Сколько ему?
– Четыре месяца.
– Моей вот недавно семь исполнилось.
– Ого, здорово! Мне это пока кажется чем-то недостижимо далеким.
– Прекрасно вас понимаю. Можно быть уверенной только в том, что происходит сейчас. Впрочем, и это под вопросом.