– Ты действительно собираешься поступать в университет на материке, когда закончишь учебу здесь?
– А ты что, хочешь посоветовать мне провести остаток жизни на этом душном острове? – Джуди надула губы.
– Ты вернешься?
Девушка на мгновение задержалась с ответом, потому что ее беспокоило серьезное выражение лица Хонсока. Автобус, на который должна была сесть Джуди, прибыл. Она повернулась к автобусу, и Хонсок схватил Джуди за запястье, пытаясь получить ответ.
– Может, тебе просто стоит поехать вместе со мной? – громко спросила Джуди, вырвалась и запрыгнула в авобус.
Потеряв дар речи от неожиданного вопроса, Хонсок так и стоял в ступоре, пока автобус отъезжал. И еще долго стоял.
До выпускного оставалось несколько дней. Немало корейских студентов собирались покинуть Пхова после окончания учебы. В глубине души Хонсок тоже хотел поехать на материк. Ему хотелось еще раз ощутить необъятность континента, которую он почувствовал, когда добирался вместе с Сангхаком в Шанхай через Сан-Франциско. Канхи также была бы только рада, если бы он смог поступить в университет на материке. Тем не менее ни слова на эту тему не вылетало из его рта до сих пор.
Хонсок взмахнул рукой в надежде, что Джуди его увидит.
Даже усевшись в автобус, Джуди смотрела на него. Все это время, пока автобус отъезжал от остановки, он так и стоял неподвижно. Джуди задала вопрос, и Хонсок не нашел ответа. И теперь, когда она думала об этом, ей казалось, что вопрос был задан неверно.
Джуди вспомнила лицо своей матери, которую давно не видела, и почувствовала себя подавленно. После долгого перерыва Джуди все же решила отправиться в общину и встретиться с матерью, но та сильно изменилась. Ее волосы были тусклыми, а глаза наполнены слезами. Джуди осознала, что она больше никогда не увидит ту маму, которая всегда кокетливо одевалась. Рабочая форма, то ли мужская, то ли женская, была грязной от пота и пыли.
– И как тебе такая жизнь? Оно стоило того?
Наен некоторое время молчала, не зная, с чего начать. Это был смелый вопрос, но честный. Вопрос, полный обиды и жалости.
– Ну… Сейчас я работаю на мебельной фабрике.
Когда не возникло спроса на древесный уголь, на замену пришло изготовление мебели. Ни женщины, ни мужчины в общине не обладали специальными навыками в этом деле. Тем не менее в сложившейся ситуации полагаться на производство угля было нельзя. Даже ежемесячные выплаты в банк по кредиту на покупку земли для общины были обременительными. Наен жалела, что продала дом и переехала сюда, но было уже слишком поздно.
В дни, когда она была свободна от полевых работ, она помогала делать мебель. Мужчины мастерили стулья и кровати, а женщины красили их или забивали торчащие гвозди маленькими молотками. Наен часто смотрела на мозоли, образовавшиеся на ее пальцах.
– Я собираюсь на материк после того, как окончу школу.
– Естественно, езжай и учись дальше.
– Мама, давай веселее. Посмотри, в каком ты виде! Ты сделала все именно так, как хотела, так почему же ты все равно расстроена?
Джуди поняла, что Наен не сможет ничего ответить на ее вопросы. Она думала, что почувствует облегчение, если приедет к ней и поговорит с глазу на глаз.
– Мне стыдно за тебя. Стыдно, что ты моя мать!
Лицо Наен слегка дернулось от слов Джуди:
– Я знала, что ты меня не поймешь, но впервые слышу, что вызываю у тебя стыд.
Наен попыталась притвориться спокойной, но скрывать свои чувства оказалось непросто.
– Конечно стыдно. И тебе должно быть стыдно. Ты знаешь почему? – Слезы навернулись на глаза Джуди и покатились по щекам. – Потому что ты совсем не выглядишь счастливой.
В воскресенье днем люди один за другим собирались у дома Симен. Все они прослышали о закрытии Товарищеской общины. Я тоже приехала в лагерь после того, как мне позвонил Тэхо. Больше всего меня беспокоило благополучие Наен. Я решила послушать, что говорят люди, и присела. Большинство собравшихся с самого начала критиковали идею общины, а теперь их опасения лишь подтвердились. По мере того как сборище становилось все многолюднее, история делалась все более мрачной.
– Корейский колхоз? Золото дураков.
Первым заговорил господин Хван, заявив, что он тоже обеспокоен тем, что кто-то из его знакомых вошел в общину. Он напомнил людям, что с самого начала не смолкали слухи о том, что предприятие скоро закроется из-за отсутствия опыта и средств.
– Тогда почему ты их не остановил? Разве ты и сам не вложился туда?
– Что значит «вложился»? Я просто немного подкинул им денег.