– Это проказа. Пока болезнь не обострилась, но пораженных участков становится все больше. Вам требуется пройти интенсивное лечение.
Переводчица бесстрастно передавала слова доктора. Врач снова начал что-то говорить. Девушка задала ему несколько вопросов, и доктор слегка повысил голос, попросив переводить слово в слово. Она только начала говорить, и тут врач снова резко повторил это слово – «точно». Ее губы, изогнувшись, превратились в тонкие лезвия, которые пронзали грудь Чансока насквозь.
– Все члены вашей семьи должны пройти обязательное обследование. Согласно закону штата Гавайи, больные проказой автоматически проходят через процедуру развода…
– Что… Остановитесь, пожалуйста, замолчите.
Чансок заткнул уши.
Переводчица снова открыла рот с видом человека, обязанного исполнить свой долг:
– Скоро вас отвезут на остров Молокаи. Мы связались с Департаментом здравоохранения штата Гавайи, их представитель прибудет сюда.
Чансок увидел слезы на глазах девушки, когда она договорила. Он не знал, текут ли слезы из его собственных глаз. Переводчица спросила, есть ли у него вопросы. Чансок ничего не ответил, затем покачал головой. Вскоре врач и девушка ушли, и явилась медсестра. Она выглядела иначе, чем раньше. На ней была маска, на руках – перчатки. Лишь глаза сверкали на лице, полностью закрытом маской. Большие зеленые глаза. В них были заметны отблески сочувствия, доброты и страха. Она вручила Чансоку халат пациента. Тот даже не подумал взять одежду, продолжая смотреть в окно. Медсестра покинула смотровую.
Время от времени Чансок ловил взгляды пассажиров проезжающих мимо машин, женщин, продающих леи на тротуаре, и людей, отдыхающих в тени деревьев. Внезапно ему пришло в голову, что кто-то разработал этот хитрый план и загнал его в угол. Его мысли закручивались в огромный клубок, а тело трепетало при мысли о том, что все это было подстроено заранее. Столько людей завидовали его успеху! Чансок чувствовал, что все заработанное им отняли в один миг. Но как бы долго и глубоко он ни думал об этом, он никак не мог представить никого, кто мог бы ему навредить. Чем больше Чансок ломал голову, тем более тревожным и растерянным становился.
Вошел мужчина и представился сотрудником Департамента здравоохранения. На всем его лице открыты были, казалось, тоже только глаза. Сначала он положил одежду Чансока в приготовленную коробку. Все движения мужчины были ловкими и уверенными, словно он был рожден для этой работы. Они зашагали по длинному и узкому коридору. Чансок чувствовал силу в руке сотрудника, держащей его руку. Вместо чувства принуждения эта хватка была исполнена желания вести Чансока до самого конца. Чансок почувствовал небольшое облегчение, ощутив, что он не один.
– Что вы собираетесь делать с одеждой, которую я носил?
– Вы уверены, что хотите знать?
– Да.
– Собираюсь ее сжечь.
Чхансок был удивлен, что одежду живого человека, оказывается, могут сжигать. Он только-только ощутил умиротворение, и вот все снова было разрушено. Чансок внезапно остановился и взглянул на сотрудника. Тот слегка мотнул головой вперед, как бы веля ему идти дальше.
– Так вы хотите сказать, что я больше никогда не смогу носить эту одежду?
Вместо ответа мужчина перевел взгляд в окно. Глаза его говорили больше, чем могли бы сказать губы.
Сотрудники Департамента здравоохранения штата Гавайи ворвались в дом Наен. Джуди оставили с переводчицей, а Наен засучила рукава, следуя указаниям пришельцев. Даже когда она спросила, что происходит, они только сказали, что проводят расследование в соответствии с Законом «О здравоохранении» штата Гавайи. Наен была в ужасе, узнав, что ей нужно сдать кровь. Сама не зная почему, она упорно сопротивлялась.
– У нас есть разрешение от вашего супруга.
Наен удивилась, услышав о муже. До сих пор она была встревожена, потому что не получала от него известий из Гонолулу.
– С ним… все в порядке?
На слова Наен ответили, что сами ничего не знают. Наен сделала, как просили эти люди: сдала кровь и показала свои руки и ноги. Рука в перчатке подняла юбку и топ Наен и пробежала по пальцам ее ног. Пришельцы были вежливы, но Наен чувствовала себя неловко и тревожно. Они также взяли большой шприц крови из предплечья Джуди. Девочка была так напугана, что захлебывалась в слезах. Наен почувствовала, что с ее мужем случилось что-то нехорошее. Она дрожала в предчувствии чего-то по-настоящему ужасного.