Возможно, из-за алкоголя Наен выпалила это, даже не смутившись. Она не возражала против того, как он рассматривал ее. Куда бы ни упал его взгляд, казалось, что к этому месту приливает кровь. Впервые за долгое время Наен чувствовала нечто подобное.
– Я никогда не вообразил бы, что вы почувствуете то же самое. Ах, мне даже как-то неловко.
Должно быть, он действительно был смущен, поскольку выпил содержимое своего бокала одним махом.
– Чего же тут смущаться? Хоть у меня и есть муж, но он все равно что умер…
Прежде чем она успела что-то сказать, рука Чанхена обняла ее за плечи. Наен не стряхнула ее. Чем больше она ощущала силу этой руки, обвившей ее тело, тем сильнее колотилось ее сердце. Наен не хотела скрывать своих чувств к нему. Она хотела оказаться за ним как за каменной стеной, быть любимой им. Как и другим женщинам, Наен мечталось о счастливом замужестве. Теперь ей хотелось забыть о Чансоке на Молокаи и начать все сначала. Чтобы никто не тыкал в нее пальцем. Покинуть этот остров и перебраться на континент. Это было бы хорошо для Джуди. Казалось правильным думать, что все, что Наен испытала на этом острове, было ради будущего счастья, которое ей только предстояло пережить. Чанхен легко прикоснулся к ее губам.
– Я хочу кое-что прояснить. О вас говорят, что вы встречались с другими потенциальными невестами здесь. Попрошу вас оставить их всех с сегодняшнего дня, – произнесла Наен, утопая в его объятиях.
Возможность вот так говорить о том о сем и мечтать о счастливом будущем казалась благословением.
– Непременно. Не буду отрицать, я присутствовал на нескольких таких встречах. Но, пожалуйста, знайте, что я прошел через это не по своей воле.
Каждый раз, когда его дыхание долетало до ее лица, Наен невольно вздрагивала. Из ее рта вырвался протяжный, низкий стон – звук, издаваемый телом, полным жизни и жара. Такого опыта Наен никогда раньше не переживала. Чудо слияния двоих людей, которые дышат и двигаются как единое целое.
Утренний тусклый свет просочился в комнату. Наен долго вглядывалась в лицо Чанхена. Ощущение того, что ее кто-то любит, наполняло ее счастьем. Она впервые почувствовала такое, и ей никогда больше не хотелось упускать это очень трепетное и драгоценное чувство.
– Ты говоришь… Товарищеская община? – переспросила Наен, не отрывая глаз от его лица.
– Да, акционерное общество. Оно было основано при поддержке доктора Ли Сынмана. Там живут пожилые корейские рабочие, которые трудились на плантациях, и они устроили там нечто вроде колхоза – идея была в том, что на одни только пожертвования нельзя полагаться как на постоянный источник дохода.
– Так… и какое это имеет отношение к тебе?
– Я хочу инвестировать туда. Давай переедем и будем жить там, а не в этом маленьком районе среди болтливых людей.
– Со стариками? – переспросила Наен с улыбкой.
– Я думаю, что приедут и молодые люди. Слышал, они ведут переговоры о большом участке земли на Хило. И кажется, уже собрано более тридцати тысяч долларов. Это акционерное общество, поэтому, если компания хорошо заработает, я получу неплохие дивиденды – в самый раз для обеспеченной старости.
Как только слово «Хило» вылетело из его рта, Наен на мгновение помрачнела. С этим местом было связано много плохих воспоминаний. Было бы здорово, если бы они могли попасть на материк, минуя Хило.
Наен глубоко задумалась об этой идее. Провести всю жизнь с любимым человеком глубоко в горах, не беспокоясь о том, что думают другие люди, – этого было достаточно, чтобы заставить ее сердце биться чаще. Не менее привлекательно звучала идея вложиться в акции и жить припеваючи до конца жизни. Размышляя об этом, Наен вспомнила Тэхо, который всегда с интересом прислушивался к новостям о жителях Кореи. Он должен был знать что-то об этом акционерном обществе.
– Я сейчас спрашиваю тебя как брата, – проговорила Наен, широко распахнув глаза.
Сегодня она была особенно благодарна Тэхо за то, что он всегда откладывал дела и приходил ей на помощь.
– Я слышал об этой Товарищеской общине. Намерение хорошее, но четкого бизнес-плана у них пока нет…
Тэхо нечего было сказать, когда он услышал, что Наен собирается продать здание в Гонолулу – единственную собственность, которая у нее осталась. Было просто грустно осознавать, что последнее, что осталось от Чансока, рассеется в воздухе. Честно говоря, Тэхо больше беспокоился не о том, что Наен собирается в Товарищескую общину, а о том, что человеком, за которого она выходит замуж, оказался Ли Чанхен. Он был очень красивым мужчиной, но вряд ли он сможет прожить долго, привязав свое сердце к этому маленькому острову. Но, видя приподнятое настроение Наен, он понимал, что остановить ее будет непросто.