Арабский историк аль-Казвини, живший уже много веков спустя после гибели Хатры, приводит назидательный рассказ с описанием этих драматических событий: «Дочь царя Дайзана — Нусейра поднялась на крышу, увидела Сапора (Шабура. — В. Г.) и влюбилась в него. Она послала к нему гонца с просьбой узнать, что она получит, если укажет царю, как взять город. «Возьму тебя для самого себя и возвышу над всеми женщинами», — ответил Сапор. Тогда Нусейра открыла тайну заколдованных стен Хатры… Сапор сделал так, как его научила Нусейра. Стена рухнула, и он вошел в город, где убил десять тысяч человек, в том числе и Дайзана». Финал этой истории весьма красноречив. Шабур сыграл с предательницей пышную свадьбу. Но наутро после первой же брачной ночи приказал вывести супругу на крышу самого высокого здания. «Не обещал ли я, что возвышу тебя над всеми женщинами? — спросил он Нусейру. — Как видишь, я выполнил свое обещание». И, хлопнув в ладоши, он вызвал стражу и повелел казнить Нусейру.
Поразительно, что изучение Хатры археологами началось лишь в 1951 году, когда Директорат древностей Ирака приступил здесь к многолетней программе раскопок и реставрации. Правда, накануне Первой мировой войны на древнем городище несколько раз побывали немецкие ученые во главе с Вальтером Андре. Они сфотографировали и описали видимые поверхности руин и составили общий план памятника. Со своей стороны иракские специалисты в 1951–1955 годах обнаружили и исследовали около 12 небольших храмов и святилищ, содержавших огромное количество каменных статуй, культовых предметов и надписей. В Хатре в основном использовалась арамейская письменность, но есть надписи и на латыни. Например, в храме I одна статуя была посвящена богу Солнца неким Квантом Петронием Квинтианом — военным трибуном первого парфянского легиона. Этот легион был создан императором Септимием Севером только в 197 году н. э.
Среди наиболее значительных находок — скульптуры местных и чужих божеств — Ашшур-Бела, Атар’ат, Нергала, Алдат, Аполлона, Посейдона, Эроса и Гермеса. Ашшур-Бел изображен в виде бородатого мужчины в римском военном костюме. В храме V были обнаружены изваяния босого жреца по имени Бадда; известняковый рельеф с фигурами трех женщин, сидящих на спине льва (посередине изображена, видимо, арабская богиня Аллат, которой придан ряд черт греческой Афины); статуи Сумай — дочери принцессы Дошфари и самой принцессы, которая была дочерью хатранского царя Санатрука II; статуя жрицы по имени Маратиб и многое другое. Найдены также фигурные бронзовые предметы, например голова пожилого римлянина, голова греческого бога вина и веселья Диониса в венке из виноградных листьев.
Прекрасным примером парфянской классической скульптуры II века н. э. может служить голова местного правителя Санатрука II, сделанная из сероватого мосульского мрамора. Аккуратно стриженная борода и завитые волосы обрамляют красивое, с тонкими чертами лицо царя.
«Для статуй, изображающих царей и знатных людей Хатры, в островерхих шапках. в расшитых камзолах, отороченных мехом, и в ниспадающих свободными складками широких шароварах, — пишет О. Г. Герасимов, — характерна одна деталь: правая рука поднята к плечу в знак благословения и мира, а левая — либо лежит на рукоятке меча, либо держит жезл — символ царской власти».
В самом центре города находится теменос, вмещающий все святилища важнейших богов (Шамаша — бога Солнца, Аллат, Шахиро) и царский дворец. Архитектура этих храмов демонстрирует некоторое западное влияние, но для хатранских архитекторов характерна необычайная свобода в сочетании декоративных элементов греческого, римского и парфянского происхождения с традициями планировки и строительства, идущими от Ассирии и Вавилона, что привело к созданию нового стиля — исключительно хатранского по облику.
Однако основная часть города была застроена жилыми домами из сырцового кирпича. Дома стояли вдоль прямых улиц, расходившихся в виде радиальных лучей от теменоса к окраинам. Почти каждый дом имел собственный колодец или искусственный резервуар для сбора воды. Кроме жилых и ритуально-административных построек, археологи обнаружили в Хатре ипподром и амфитеатр, а также погребальные башни — каменные мавзолеи для захоронений представителей знатных фамилий города. У каждой такой семьи имелась своя башня. Поразительная коллекция античной скульптуры открылась взору археологов при раскопках эллинистического храма бога Марана — древнейшего святилища города. Это были преимущественно римские копии II века, сделанные с греческих оригиналов, принадлежавших знаменитой школе Лисиппа, придворного скульптора Александра Македонского.