ПЕРВЫЕ МОРЕХОДЫ
Около 30 тысячелетий назад люди, практически не отличавшиеся от нас (их называют кроманьонцами), распространились на всех материках, исключая Антарктиду. Затем они освоили большинство более или менее крупных островов. На побережьях рек, озер и морей кроманьонцы занимались рыболовством, о чем свидетельствуют многочисленные гарпуны, рыболовные крючки и остатки «даров моря» в кухонных отбросах.
Набор первых средств был невелик: плоты, а также лодки-однодеревки (долбленки). На таких примитивных и ненадежных приспособлениях древние люди осмеливались преодолевать очень серьезные водные преграды, включая морские проливы.
Этому способствовали природные условия, сложившиеся к концу последнего оледенения. Гигантские ледники, скопившиеся на севере Евразии и Америки, сформировались за счет воды, «перекачанной» (через атмосферу) из Морского океана. В результате его уровень понизился на несколько десятков метров. Обширные прибрежные отмели были осушены. Берингов пролив отсутствовал, и проход из Северо-Восточной Азии в Америку по суше был открыт.
Еще проще было перейти на Британские острова, ибо Северного моря, в сущности, не было вовсе (на его дне обнаружены остатки поселений каменного века). Сложней приходилось добираться из Юго-Восточной Азии в Австралию и Тасманию. Но и здесь проливы, ныне разделяющие острова, были невелики.
Условия плавания в Средиземноморье 10–12 тысячелетий назад были проще, чем после окончания ледниковой эпохи. Сравнительно недавно археологи во время раскопок поселения каменного века на берегу залива Арголинос на Пелопоннесе обнаружили в слое, относимом к VIII тысячелетию до н. э., обработанные пластинки из обсидиана, вулканического стекла. Попасть сюда эти изделия могли только с острова Милос (откуда родом знаменитейшая статуя Венеры). Но каким образом? Ведь остров удален от континента на 140 км, а заселен от был «всего лишь» около 5 тысячелетий назад.
Простейшие плавательные средства
Вероятно, первыми добрались до него рыбаки. То ли случайно, то ли из любознательности они открыли остров, осмотрели его и обнаружили залежи обсидиана. Столь замечательный и смелый переход они, по-видимому, совершили на плотах с прямоугольным парусом, управлять которым могли с помощью рулей и специальных подъемных килей. Можно согласиться с писателем Ж. Блогом: «За шесть с лишним тысяч лет до Троянской войны такой переход был подвигом».
На рубеже VII–VI тысячелетий до н. э. отважные мореплаватели стали осваивать острова Кипр и Крит. К сожалению, трудно сказать, кто они были, но не приходится сомневаться в их мужестве и находчивости. Не случайно именно на острове Крит сложилась первая мощная европейская цивилизация, немногим уступающая по возрасту египетской и месопотамской, а по уровню развития мореплавания, пожалуй, даже превосходящая их.
Первые зримые доказательства развития судоходства и зарождения пиратства относятся к древнейшему искусству Египта. На керамических сосудах встречаются изображения ладей, по-видимому, ритуальных. Найдена небольшая глиняная модель (детская игрушка?) тростниковой лодки.
Роспись на стене гробницы вождя в Иераконполе изображает несколько крупных тростниковых, по-видимому, ладей с постройками (шалашами) в центральной части. На суше — фигурки животных и людей, сцены военных сражений и культовых танцев.
Ладья египетского вельможи.
II тысячелетие до н. э.
Эти сюжеты из жизни и деяний вождя. На нескольких лодках он с дружиной, по всей вероятности, совершал плавания по Нилу, захватывая добычу или ведя торговые операции. В те далекие времена разбойные нападения и мирный обмен товарами совмещались: все зависело от конкретной обстановки. Конечно же, пиратствовать было выгоднее, хотя порой и опасней.
Корабли, изображенные на фреске, заметно различаются по величине и отчасти по конструкции. Они прогнуты посередине, где располагались пассажиры. Особо выделен цветом корабль с высоко поднятым и загнутым носом. Похоже, что он деревянный. Тогда вдоль Нила росли крупные деревья, вполне пригодные для судостроения. (Сходного типа ладья, но уже с мачтой и прямоугольным парусом, нарисована на глиняном сосуде.)
Очевидно, еще до создания Египетского государства пиратство содействовало социальному расслоению и неравенству. Оно позволяло накапливать богатства в руках немногих, что привело к созданию классового общества и государственной системы.