Дальновидный Помпей во время всей этой кампании был необычайно милостив к добровольно сдавшимся разбойникам и наказывал лишь тех, кто совершил серьезные преступления. За три месяца он не только обезопасил морские пути, но и овладел укрепленными городами и островами, находившимися под властью пиратов. Среди множества захваченных судов 90 имели окованные медью носы-тараны. А пленных — числом более 20 тысяч — он решил не казнить, а переселить в местности, удаленные от моря, наделив землей. Поучительный пример: победить пиратов Помпею помогло не только военное искусство, но и благородство.
Римская империя временно обрела господство над Средиземноморьем. Только разрозненные группы пиратов продолжали нападать на отдельные торговые суда. Однако не успело наладиться прежнее морское сообщение, как могущество империи оказалось подорванным.
Честолюбивый Цезарь сумел — главным образом ради личных амбиций — отстранить от власти прославленного полководца Гнея Помпея (предательски убитого на египетском побережье, куда он бежал). Однако триумф Цезаря был недолгим. Великого диктатора в 44 году до н. э. закололи кинжалами заговорщики (во имя демократии). Наступила пора относительного безвластия.
Обстоятельства благоприятствовали морским разбойникам, быстро расплодившимся и вновь образовавшим ассоциации. По иронии судьбы их предводителем стал Секст — младший сын Гнея Помпея, уничтожившего прежнее пиратское сообщество.
Помилованные его отцом разбойники с доверием и уважением относились к своему новому руководителю. К нему на службу охотно шли беглые рабы. Опытные пираты обучали их основам своего ремесла. Разбойничий флот Секста Помпея быстро рос и креп, распространяя свое господство на побережья Сицилии, Сардинии и Корсики.
Кстати, известное стихотворение Николая Гумилева «Помпей у пиратов», возможно, точнее было бы назвать «Пираты на службе у Помпея». Потому что воспитанный в римском духе и уважавший порядок, Помпей не поощрял пиратских вольниц, следил за дисциплиной и организовал, по существу, своеобразное государство. Он блокировал торговые пути в столицу империи.
Опасаясь новых волнений среди народа, Октавиан, вскоре ставший императором Августом, заключил в 38 году до н. э. с Секстом Помпеем Мисенский договор, признавая его официальные государственные полномочия. Под властью Помпея оставались Сицилия, Сардиния, Корсика и Пелопоннесский полуостров, берега которых были густо усеяны пиратскими гнездами. За морскими разбойниками и беглыми каторжниками, находящимися на службе у Помпея, был признан статус свободных граждан. Однако запрещалось принимать в это «братство» новых беглых рабов. Кроме того, пираты обязались снабжать Рим пшеницей.
Мир на море длился недолго. То ли без ведома Секста Помпея, то ли с его молчаливого благоволения и от желания подорвать могущество Рима, пираты вновь занялись разбоем. Ряды их продолжали пополняться за счет беглых рабов. Блокированная с моря столица опять перешла на голодный паек. И демос возроптал…
Октавиан вынужден был объявить войну пиратскому государству. Агриппа, командующий римским флотом, по примеру Гнея Помпея, прежде всего провел реорганизацию военно-морских сил. Были построены десятки новых кораблей.
Пиратская либурна
Агриппа, победитель пиратов, в ростальной
короне (изображение на медали)
Не рассчитывая на одну лишь грубую силу и военное искусство, Октавиан использовал «психологическое оружие», обещав сдавшимся без боя пиратам помилование и зачисление в регулярную армию.
В 36 году до н. э. близ северо-восточной окраины Сицилии произошло крупное морское сражение. Римский флот напал на пиратский и после жестокой битвы разгромил его. Лишь 17 кораблей, на одном из которых находится Секст Помпей, избежали плена.
Судьба беглецов была печальна. В Малой Азии их схватили, продали в рабство, а предводителя убили. Да и тем, кто добровольно сдался римлянам, пришлось несладко. Более 30 тысяч беглых рабов отдали прежним хозяевам, а тысячу — казнили.
С тех пор в северной половине Средиземного моря уже не создавались «пиратские государства».
Следует помнить, что морской разбой — явление вторичное, паразитическое. Когда он достигает значительных масштабов, то подрывает свою собственную «экономическую базу» — торговлю и процветание приморских поселений. Происходит естественная регуляция пиратства (примерно такая же, как в экологических системах, где расплодившиеся хищники «выедают» свой пищевой пласт и в результате резко сокращаются в численности).