Й. Херрман составил график, показывающий изменение количества балтийских кладов серебра от IX до начала XII века по разным районам. Их наибольшее число — на острове Готланд, где они почти все небольшие, а также в Северной Польше. Пик захоронений серебра приходится на X–XI века. Именно к этому периоду приурочен расцвет пиратства на Балтике. Ведь богатства закапывают в землю или пираты, которым приходится скрывать свою добычу, либо состоятельные жители — в моменты нашествия разбойников.
Грузоподъемность судов на Балтике постоянно возрастала вне зависимости от динамики распространения кладов: от 5 до 25 т за IX–XI века, а затем за 50 лет — до 35 т, хотя кладов стало значительно меньше. По-видимому, на тоннаже судов сказывалась активизация торговли. Это особенно ярко проявилось в начале XII века, когда она стала замещать пиратство, с которым вели борьбу окрепшие государства Северной Европы. С X века началось выдвижение Великого Новгорода как одного из крупнейших культурных и экономических (торговых) центров. Его процветанию способствовало расположение на стыке сухопутных торговых путей с севера, востока и юга при возможности выхода на Балтику. Немалую роль играла отдаленность от морского берега.
Чуть раньше особенно богат и славен был датский город Хайтабу, находящийся на юго-восточном побережье Ютландии. Сюда вели многие балтийские торговые маршруты. Товары выгружались с кораблей и далее перевозились по суше или до портов Северного моря, или в глубь Западной Европы. Огибать полуостров по воде было долго, хлопотно и небезопасно.
Хайтабу стал, можно сказать, жертвой своего географического положения. В X веке его захватывали то шведы, то германцы, то датчане. Он не раз подвергался нападениям викингов и славян, а в 1066 году после опустошительного разграбления был разрушен окончательно. Через столетие нечто подобное произошло и с Арконой на острове Рюген. Это пиратское гнездо разрушили и сожгли датчане. Славяне, которых германские хронисты обычно называли вендами, не остались в долгу. В 1187 году они напали на шведский город Сигтуну, захватили его и разграбили, а население увели в неволю. Люди были едва ли не самой ценной добычей: хотя славяне не практиковали рабский труд, зато с выгодой продавали невольников своим южным и восточным соседям. Торговля людьми процветала, принося доходы не деньгами, а оружием, украшениями, тканями, винами, посудой, драгоценными камнями.
Пиратство, а также войны серьезно осложняли морскую торговлю на Балтике. В конце XI века товарообмен значительно сократился. В то же время увеличивалось число ремесленников, количество и качество их изделий. Купцам предоставлялись хорошие возможности для торговли самыми разнообразными товарами. Тем более что появление богатых феодалов и королей, развитие рыцарства, культ прекрасных дам благоприятствовали сбыту украшений, иноземных диковинок, шелков, благовоний, парфюмерии, пряностей, драгоценных камней, мехов.
Купцы решили создавать товарищества, чтобы объединенными силами на нескольких кораблях с наемниками-воинами проводить торговые экспедиции. Временные союзы становились постоянными. Одной из первых организаций такого рода стала кельнская Ганза. В середине XII века она получила охранную грамоту от английского короля, обещавшего свою дружбу и покровительство.
На следующем этапе контролировать и охранять морские пути начали города, обретавшие благодаря своим богатствам независимость от феодалов. А разорявшиеся феодалы, со своей стороны, небезуспешно осваивали пиратский промысел (не имея ни навыков, ни склонности к труду). Это принудило купцов принять ответные меры: был созван крупный союз городов Любека, Висмара, Ростока, Зеста и Гамбурга с князьями Германии и датским королем для совместной борьбы против северных морских разбойников.
Появились и другие торговые союзы. А Ганза к концу века объединяла уже 24 города. Бремен, кроме того, некоторое время платил пиратам-фризам постоянную дань, избавляясь от необходимости тратиться на охрану.