Наконец, обратим внимание на такие сюжеты (у него мелкие разделы обозначены на полях): «Острова, куда приплывают черепахи класть яйца. Корабли, следуя за черепахами, находят дорогу… Традиционные места для крейсирования пиратов». Или еще более наглядно: «О птицах фрегатах. О птицах трусливцах… О колибри. О буканьерах. Буканьеры очень метко стреляют. Безбожие буканьеров. Рассказ о жестокости буканьеров».
Для Эксквемелина человек — такое же, как все вокруг, явление природы, ничем особым не отличающееся от других животных, кроме совершенно неестественного чудовищного поведения. Автор даже склонен, по-видимому, считать европейцев значительно более извращенными и злобными существами, чем индейцев. Он роняет такую фразу: «В дьявола они (индейцы) не верят., вероятно он их не терзает так, как всех прочих смертных».
В отличие от авторов современных романов (кинофильмов) о пиратах, Эксквемелин не испытывает ни малейшего желания ошарашить читателя страшными историями, жестокостями, головокружительными приключениями. Он показывает жизнь пиратов без прикрас: ненормальной, суетной, жестокой, алчной.
Для него мир людей противостоит вечному и величественному миру природы. Есть среди людей труженики, есть ненасытные подлые паразиты, есть и кровожадные хищники. И всех приходится внимательно и беспристрастно изучать, чтобы постичь суть природы, человека и себя самого.
Эксквемелин — или тот, кто скрывался за этим именем, — свой выбор сделал: оставил без сожаления пиратский промысел как недостойный нормального, свободного, честного человека. Ведь свобода — это возможность выбора вопреки необходимости и превратности судьбы.
Как писатель Эксквемелин чрезвычайно прост и откровенен. Он внушает доверие и уважение. Подкупает и его философская позиция, основанная на принципах единства рода человеческого, равенства всех людей, признания человека малой и в значительной мере неразумной частью природы.
Казалось бы, ныне все это стало очевидными истинами. В действительности современный человек признает их таковыми только на словах. Наука исходит из предположения, что Среда земной жизни (биосфера) и Вселенная лишены сознания. Разумными организмами считаются только человекоподобные существа. В лучшем случае фантасты придумывают «мыслящие облака» или «солярисы». Эксквемелин не задумывался о подобных премудростях.
Его мировоззрение, по всей вероятности, отличалось двойственностью. Он смотрел трезвым взглядом естествоиспытателя на окружающий мир. избегая мистики оккультизма и досужих выдумок. И в то же время он сохранял веру в Бога, олицетворяющего высший разум и порядок, царствующий во Вселенной.
Нам, людям века науки и техники, катастрофических перестроек биосферы и глубоких духовных кризисов, следовало бы поучиться у таких авторов, как Эксквемелин, умению воспринимать природу дарованным свыше бесценным достоянием. А бесконечная бытовая суета, включая опасный пиратский промысел, не более чем пена на поверхности океана Жизни.
ЧЕРНАЯ БОРОДА
Портрет Тича: абордажная сабля в руке,
пистоли на ленте, фитили под шляпой
Кто такой герой? Человек, о котором слагают легенды.
Это определение вполне допустимо. И тогда Эдварда Тича можно с полным основанием считать героем. О нем сложено немало былей и небылиц.
Он имел устрашающую внешность. Лицо его покрывала черная растительность (борода начиналась почти от самых глаз). Бороду он заплетал в мелкие косички, подвязывал их лентами и заправлял за уши. От него разило смесью пороха и рома, звериным запахом давно немытого тела. На одежде — пятна крови и вина.
Перед боем он перепоясывал грудь крест-накрест двумя широкими лентами с тремя пистолетами на каждой. Под шляпой закреплял два тлеющих фитиля. Струйки дыма по обе стороны его головы заставляли вспомнить о волосатых и злобных исчадиях ада. Одним своим видом он мог привести в ужас слабонервного человека.
Тич родился в английском городе Бристоле в 1680 году. Ушел в море на каперских судах, которые тогда активно грабили французов. Даже среди пиратов он отличался злостью, храбростью и силой. За крутой нрав ему несколько лет не доверяли командный пост.
Однажды его отряд захватил французский шлюп. Черная Борода был выбран капитаном. С командой он не церемонился, полагаясь на стальной кулак и зычный голос, а не на объяснения и уговоры. Многое сходило ему с рук, потому что на его корабле вино и ром пили чаше, чем воду.