Миала сделала паузу, заполнив ее глотком из оловянного стакана. Многие из присутствующих повторили ее жест. Смокнув губы, девушка продолжила:
- К тому моменту, когда робот захватила меня в плен, экипаж корабля был умерщвлен почти на три четверти. и из этих трех четвертей сам робот убил, дай Мать, хотя бы десятерых. Все остальные попросту совершили самоубийство. Это – разумное действие для живого существа, на самом деле – избежать больших проблем через смерть. Но в тот момент оно выглядело жалким. Никто не дал отпор Тактику. Всех семерых его легионеров уничтожила я, но здесь нет никакого повода для гордости или бахвальства. Эти эмоции здесь абсолютно неуместны. Потому что каждый должен был убить хотя бы по паре тостеров. И тогда бы робот просто взорвал ловчего, и ничего бы не было. Но... вышло, как вышло. Три четверти биосов – мертвы, и у Тактика по этому поводу рухнули все планы. А, чтобы они не развалились окончательно, он и оставил нам всем жизнь. Ну а при полете на Землю он попросту не захотел оставлять меня на ловчем без присмотра, вот и всё. Так я и оказалась в его лагере.
- Далеко он?
- Я не знаю, сэр. Мы прыгали на его корвете почти десять дней, прежде чем прибыли к гриндерам. Потом – еще примерно столько же, чтобы оказаться на одной из его баз.
- На одной из...?
- Да, сэр, на одной из. Она строилась. И строительство было начато относительно недавно, так что это явно была не его родная база. Кроме того, вы же не думаете, что робот настолько «умен», чтобы приволочь нас в самое свое логово? Не-ет, его логово точно не там. Но та база, на которой я просидела все эти месяцы, уже вполне достойна звания логова, так как за это время, что я там находилась, ее мощь выросла просто колоссально. Темпы строительства и количество поставляемых на нее ресурсов меня очень сильно обескураживают. Не знай я, в чьих руках сейчас находится Триера, я бы сказала, что ее захватил Тактик. Захватил, и доит ее безостановочно. И производит, производит, производит...
- Много производит, Миала? Большой у него флот? К чему нам готовиться?
- К войне нам готовиться. К очень тяжелой войне. Я не воевала с предыдущим Стратегом, поэтому моя оценка вполне может быть необъективной. Но думаю, не совру, если скажу, что до этого биосы воевали лишь с неумными ассенизаторами туалетными, с которыми так и не смогли совладать за короткий срок. А теперь сроков у нас вообще нет, и если вон тот Фелтинор прав, и мы действительно воюем с пробудившимся искином, то шансов у нас теперь не будет от слова «совсем». Поэтому я и рискнула, ринувшись в опасный побег, чтобы попытаться предупредить всех вас: он грядет. И он – серьезный враг. Он намерен испепелить нас всех, так как его ненависть к нам я наблюдала буквально в открытую. Я – эмпат, мне можно. Все фейны – эмпаты. Но не все фейны чувствуют эмпатию от неживого изделия. Так вот, я – чувствовала. И было сыкотно мне, ребятки. Было сыкотно...
- Мда, делааа... Значит, все серьезно? Все ТАК серьезно?
- Все серьезно, Тревор. Честно говоря, уже нет ни места, ни времени для таких вот попоек, как сегодня. Тактик гонит и давит нас постоянно, точно также, как он гнал и давил нас в Триере. Передышка в семь месяцев и один год – это не передышка была. Он и в тот период уже разгонялся. И сейчас мы должны подыскивать дубины поувесистее, да рыть окопы поосновательнее. Потому что скоро придет железный робот, и порвет все наши стальные булочки на дряблые клочочки. И это я еще даже пугать не начала.
Молчали долго. Каждый обдумывал те новости, а точнее – те идеи, которые принесла им эта статридцатилетняя девчонка с мальчишеской стрижкой и пожилыми глазами. У некоторых даже закралась трусливая мысль о том, что лучше б она их и не приносила, вести эти проклятые! Но редки были головы, что приютили в себе столь низкие мыслишки.