Почти все биосы настроились воевать. Почти все биосы настроились умирать, но все равно – воевать. И почти все биосы настроились слушать Миалу дальше.
А дальше Миала рассказала про гриндеров. Она рассказала также про то, что гриндеры – эти презренные слизни – предали свою природу, и стали помогать жестянке. И самая их гнусная помощь заключалась в том, что эти зеленые подонки поделились с машиной самой главной технологией энфайнел. Они поделились технологией создания Колыбели.
Правда, поделились не всей прямо технологией, но и того, что досталось Тактику, ему должно хватить для воплощения полноценной Колыбели в жизнь. Правда, не сейчас он ее воплотит, а потом. Но это «потом» очень скоро может наступить.
А пока, робот владеет лишь примитивной технологией, схожей на технологию земной энтелехической матрицы. И вот, благодаря этой самой матрице, Миала и не может сейчас улететь с Гардарики на Фаэрию, где ее очень сильно ждут верховные правители Верховных Домов.
- Не могу, потому что в данный момент где-то там, на удалении шести месяцев, таится один специальный корабль с «привязью». Именно так эти унитазы назвали матрицу с заключенным в нее моим менталом. Да, матрица сейчас светится, как маяк, и ее относительно легко будет вычислить, вместе с этим фрядским кораблем. Но толку это никакого не даст. Наш отряд, посланный на его уничтожение, наверняка попадет в ловушку и будет уничтожен. А выдвигаться сколь-нибудь серьезным флотом туда – ну так только этого Тактик и ждет. Так что будет висеть тот корабль во тьме, и за моим менталом присматривать.
Люди уже знали, что робот потому и пытался любой ценой убить Миалу, только чтобы вернуть ее обратно в матрицу. Сама Сестра Жизни жизнеспособных клонов у робота не видела, но уверена, что он вполне умеет их выращивать. А это значило, что очень скоро медкоммандер очнулась бы в теле какого-нибудь хууса, так как у Тактика чувство юмора точно было, но нередко оно было и нечеловеческим.
Миала вздрогнула от своих мыслей, и, спустя секунду, продолжила объяснять:
- Но эта матрица работает и в обратную сторону: ментал, за которым она следит, оставляет за собой очень четкий след, если он надумает куда-нибудь переместиться. И, таким образом, робот относительно легко сможет вычислить и направления прыжков, и их силу, и дальность всех перемещений. У Тактика имеется много машин, незримых глазом и несуществующих для радаров. Она пойдет за мной. До конца. Таким образом, она сможет найти даже Фаэрию, до которой отсюда вообще один прыжок. Поэтому меня отсюда перемещать нельзя. И убивать – нельзя. Ничего нельзя со мной делать. По крайней мере, 27 стандартных суток. А лучше – дольше. Через месяц матрица отпустит мой ментал, и я стану свободной. Но думаю, что проклятая машина не даст нам этого месяца.
Она вдруг обхватила себя руками, как будто замерзла, и с дрожащим придыханием громко прошептала:
- Боюсь, что на этот раз я не смогу всех вас спасти, братья... пожалуйста, не попадайте ему в плен! Никогда не попадайте, слышите? Никогда не попадайте... и не давайте попадать другим... никогда не давайте... это очень страшная машина. Это – самая бесчеловечная человеческая машина, которая вообще была создана за все времена Великой Матери. Вы не представляете, на что она способна при работе с пленными... однажды мне казалось, что я даже слышала там детей... крики... слышала маленьких детишек, которых эта машина... не попадайтесь ей. Я вас очень прошу!!!
Она взглянула каждому в глаза своими пронзительными очами, в которых стояли, и никак не выпадали из них, тяжелые ртутные слезы. И не было в каюте глаз, которые смогли выдержать этот взгляд.
***
Главная площадь Амандира.
Амандир – главный город Гардарики.
Неудивительно, что главы всех глав собрались этим вечером именно здесь.
Этим вечером на дважды главной площади собрались все: и главные персонажи, и не очень. Сама площадь представляла собой довольно обширное поле, выложенное чешуйчатой брусчаткой. Покрытие, на самом деле, и представляла собой чешую, так как под самой площадью, на глубине нескольких десятков метров таился один из важных органов полуживой Гардарики.
Этот орган вырабатывал не что иное, как энергию. Только не электрическую, а особую... эльфийскую. В которую, впрочем, электрическая энергия тоже входила, так как она струилась вообще везде. Но эльфийская энергия, носящая название «ваэ-хиона», являла собой куда более богатую, по структуре, субстанцию, которая питала куда большее количество процессов и тел.