– Я понятия не имею, что мне со всем этим делать. У тебя есть какие-то предложения? Или хотя бы еще печенье? – она улыбнулась и пополнила корзинку новой дозой сладостей.
– Я когда-нибудь тебя прибью. Как ты можешь есть столько сладкого и не толстеть!? – нервно пошутила она. – А вот что тебе делать, я не знаю, честно. Но мы обязательно с этим разберемся. Вместе. – С серьезным видом сказала она. Я услышала, как зазвонил телефон в кармане куртки.
– Совершенно о нем забыла, – пока я смогла достать сотовый из кармана, он замолк. – Тринадцать пропущенных от мамы. Ой, дома будут проблемы. Нужно как можно быстрее возвращаться, а то еще под домашний арест посадят. Черт, я совсем забыла сходить в магазин за продуктами! – я стукнула себя по лбу, а Анна засмеялась.
– Твое счастье, что у тебя есть я. Я – твое шикарное алиби, которое может спасти от всех напастей, ну, почти от всех.
– О, мой спаситель, что бы я без тебя делала? – облегченно простонала я, безумно благодарная судьбе за сестру.
– Не стоит благодарностей, – снисходительно кивнув, произнесла она, протягивая руки, чтобы заключить меня в объятья.
– Мне пора домой, похоже будет серьезный разговор, папа и так не одобряет мои прогулки поздними вечерами. Чувствую, сегодня вечером мама поломается под натиском его аргументов.
– Не уходи. Останься у меня. – Сказала Анни. – Завтра что-нибудь придумаем, очень хорошую отмазку, – она волновалась за меня и не хотела отпускать, но также знала, что я в любом случае не соглашусь на ее уговоры и пойду домой. Я помотала головой, и она обреченно вздохнула.
– Думаешь, стоит говорить им о том, что видела? – Мне не пришлось уточнять, что я имела в виду своих родителей. Да и сама прекрасно понимала, что идея поставить трезвость своего рассудка под сомнение родителей – не блестящего ума идея. Возможно, я все же не в себе.
– Пожалуй, для их же блага, им не стоит знать о случившемся. Часто они тебя действительно слушают, когда ты им что-то рассказываешь? – Анна была права, ведь только она знала какие у меня отношения с родителями, потому во многом меня поддерживала и приблизительно знала, как реагируют мои родственники.
А что же семья? Дома дела у меня обстояли не так прекрасно, как хотелоь бы. С моим весьма сложным характером, из-за которого я была не способна держать эмоции в себе, часто приходилось вздорить с родными. Во всем была виновата наследственность. Сложно ужиться с характером, ставшим результатом воспитания сразу двух лидеров.
Мне следовало научиться самоконтролю, и следить за тем, что и кому я говорю, но мой язык бежал впереди меня. Никогда не отказывалась от раздоров потому, что не умела молчать – начинала спорить и пыталась что-то доказать всем в этом мире. Как уже можно было догадаться, безуспешно. И в большинстве случаев эта бессмысленная трата времени и нервов не приводила ни к чему хорошему.
Моя мама была не из женщин робкого десятка и всю свою жизнь хотела, чтобы я была похожа на нее – училась на «отлично», посещала различные кружки и секции, была социально активной личностью. Поэтому все детство она пыталась вылепить из меня идеального ребенка, только вот с самого начала что-то не срослось.
С Робертом, младшим братом, все выглядело иначе – он с самого детского сада проявил себя как заучка стихов и заядлый математик. Все элементарно, и любимчика видать издалека. Он находился в лучах яркого сияния своего нимба, которым его уже успело наградить окружение.
Отец был постоянно на работе, а в те короткие моменты, когда он находился дома, мы только наблюдали за тем, как он отдыхает после тяжелого рабочего дня. Свободное время родители хотели провести в тишине и спокойствии, которые мы с братом не имели права нарушать. А мне безумно не хватало теплых семейных разговоров, во время которых все близкие собирались за столом и просто рассказывали о том, что происходит в их жизни.
Поэтому меня никогда не воспринимали всерьез, а мнение мое не учитывалось. Нельзя адекватно оценивать собеседника, когда он постоянно ударяется в истерику, пытаясь что-то доказать.
– Да, ты права, Анни, они не воспримут меня всерьез, подумают, что я пытаюсь их разыграть или привлечь внимание. – Я слегка расстроилась, что у нас было так мало времени на разговоры.