Джулию это не убеждает.
– Меня это бесит, – парирует она. Я ясно представляю ее себе в одежде от «Джей Крю», ее длинные и грациозные руки и ноги. Джулия – боец, всегда им была. Я раньше говорила ей, что, если понадобится спрятать тело или участвовать в наземной операции в Тасмании, она станет первой, кому я позвоню.
– Я думаю, что это пошло. Пошло и отвратительно, что Гейб привел ее сюда, и вдвойне отвратительно, что она пришла сюда, когда Патрик…
– Патрик здесь с Тесс, – отмечает Конни.
– Мам, эта милая девушка – всего лишь отвлечение, и все об этом знают, поэтому…
– Джулия, ну хватит уже. – Кажется, Конни раздражена, точно они не впервые уже обсуждают эту тему. Вспоминаю лето, когда нам было по восемь, и Джулия решила, что не хочет носить туфли. Как она тогда была несокрушима, сколько бы с ней ни спорили! – Идем, сейчас будет торт. Сегодня ваш день рождения, мы все вместе, давай не…
– Сегодня не мой день рождения, – отмечает Джулия.
Конни вздыхает.
– Лиз, помоги мне с ней. Объясни, что Молли ничего не значит.
Раздается доброжелательный смех – Элизабет Риз тоже обсуждает меня и мое пошлое, отвратительное поведение, – но я снова и снова слышу последние четыре слова.
Молли ничего не значит.
Чувствую привкус металла во рту. Знаю, они правы, и это самое худшее – не надо мне было сюда приезжать, это было слишком.
– Уф, ладно, не втягивай в это Лиззи, – говорит Джулия, в ее голосе слышится отвращение. – Она этого не достойна, бла-бла-бла, даже при том, что она – развратная…
– Вы это сейчас серьезно? – перебивает ее рассерженный голос – Гейб. Я еще дальше вжимаюсь в полутьму ванной – сердце колотится сильнее, чем мгновение назад, если такое вообще возможно. Мне жаль, что он услышал их слова. – Сидите здесь и сплетничаете, как кучка чертовых бездомных кошек?
Джулия фыркает.
– Как кучка че…
– Я ожидал этого от тебя, Джулс, но… Какого черта, мам? Вообще тебя не узнаю.
Конни отвечает лишь через мгновение, в воздухе на это время повисает молчание.
– Габриэль…
– Молли была нашей семьей. Молли была здесь, когда умер папа. А я не… не хочу заострять на этом внимание, но для того, что произошло между нами, нужно было два человека, ясно? И Патрик – мой брат. Я по горло сыт этим дерьмом. Серьезно.
– Полегче, тигр, – нервно просит Джулия. Конни вообще ничего не говорит – а может, и говорит, я просто этого не слышу, ведь крепко прижимаю запястье ко рту, чтобы не зарыдать и не выдать себя.
Выскальзываю из ванной, когда слышу его шаги по коридору, и прикладываю палец к губам, заметив удивление и недоумение на его лице. Тащу его на кухню, прижимаю к стене и целую.
– Спасибо, – говорю ему, едва удерживая себя в руках.
Гейб качает головой и, переплетя свои пальцы с моими, сжимает руки.
– Идем, – говорит он и прикусывает мою нижнюю губу. – Ты слышала, что на улице вечеринка?
Около полуночи все постепенно начинает сворачиваться, ароматические свечи прогорают дотла, а Стиви Уандера сменяет Рэй Ламонтейн, тихо напевающий про Ханну и Джолин. Тесс недавно попрощалась с нами, ее волосы напоминали маяк на фоне черно-фиолетовой ночи. Вдалеке от костра холодно, по рукам и ногам ползут мурашки.
Гейб, оставшись, возможно, впервые за весь вечер один, расположился на садовом стуле, небрежно держа в руке почти допитую бутылку пива. Выгибаю брови. Их родители никогда не были строгими, а когда умер Чак, Конни вообще махнула рукой на дисциплину – хотя, будь он жив, мне кажется, они бы все равно придерживались правила «лучше дома, чем где-то еще». Но когда он выпрямляется, я понимаю, что он пьянее, чем разрешается для семейного междусобойчика.
– Привет, – говорю я ему, присев на край стула. – Мне, похоже, надо продумать альтернативный маршрут домой, да?
Гейб хмурится, изображая оцепенение, а потом улыбается.
– Мне… точно не стоит садиться за руль, – радостно говорит он, берет меня за руку и тянет к себе, тепло его тела проникает сквозь его футболку и мою. – Но я найду, кто тебя отвезет.
– Я могу взять твою машину, – предлагаю я. – А завтра верну ее перед работой или…
Гейб качает головой.
– Мне завтра открывать магазин, – сообщает он, а потом до него как будто доходит: – Уф, мне завтра открывать магазин, вот я дурак, с похмелья же. Так, давай посмотрим…
– Я могу ее отвезти.