– Назначал свидание? – весело спрашиваю я.
– О, какая ты шутница. – Гейб протягивает свою большую руку, чтобы поднять меня. – Нет, в Нотр-Дам есть программа, в которой можешь выбирать различные больницы. Это вроде семестра за границей, но для учащихся на медицинском – меняешь утки и все такое вместо того, чтобы заливать в Праге. Так вот, я весной подал заявление, и меня внесли в список ожидания, но, кажется, кто-то отказался, и в МБ освободилось место.
Смотрю на него и тянусь к ручке пассажирской двери «Вольво», нагревшейся на солнце.
– МБ? – спрашиваю, пытаясь понять сокращение. – Это…
– Массачусетская больница, да, – отвечает Гейб и выгибает брови. – В Бостоне.
– Правда? – ошарашенно спрашиваю его, но понимаю, что не в плохом смысле. – Ты осенью можешь быть в Бостоне?
– О, а сейчас ты напугана, – говорит Гейб и, посмеиваясь, поворачивает ключ в зажигании. – Типа: «Черт, я планировала все лето пользоваться телом этого парня, а потом никогда с ним не разговаривать, и что мне теперь делать?»
Я тоже смеюсь.
– Я рада, что ты будешь менять утки в моем новом городе. Я слышала, бостонские утки – самые лучшие во всей стране.
– Ты серьезно это слышала? – Гейб все еще улыбается. – Все пока еще под вопросом. Мне надо уехать туда через пару дней, пройти интервью. Кажется, из претендентов есть только я и другой парень.
Я киваю и на минуту представляю себе эту картину: мы с Гейбом гуляем по Бостонскому парку, тусуемся и слушаем уличных музыкантов в Фанел-Холл. Не это я представляла себе, когда подала на зачисление в прошлом апреле. Но мне нравится это ощущение.
– Ты получишь место, – решаю я, с улыбкой глядя в окно. – Вот увидишь.
День 49
Следующим утром, проснувшись из-за двух звонков, вытащивших меня из беспокойного сна, обнаруживаю в телефоне два сообщения. Одно от Гейба, который в последнюю минуту решил отправиться в настоящее путешествие и собирается на обратном пути с интервью провести пару дней со школьными друзьями: «Буду скучать по тебе, Молли Барлоу. Бостону передам от тебя привет».
Второе сообщение от Патрика: «Побегаем завтра?»
Я смотрю на экран, сообщения идут друг за другом, как какая-то злая шутка от вселенной.
Выключаю телефон и снова ложусь спать.
День 50
Снова встречаюсь с Патриком. Сегодня за ним проще поспевать, чем в прошлый раз: резиновая подошва кроссовок ритмично стучит по асфальту, легкие дышат равномерно. Мы огибаем озеро, и Патрик останавливается.
– Я пытался не потерять тебя, – вдруг говорит он, и его голос подсказывает мне, что он думал об этом дольше, чем с начала этой пробежки. – Вот почему вел себя, как идиот, из-за Бристоля. Я пытался тебя не потерять. – Он качает головой. И продолжает прежде, чем я успеваю сложить два и два: – Но все равно потерял.
– Ты не терял, – быстро и внезапно выпаливаю я, словно участвую в «Сто к одному». Я тяжело дышу, то ли из-за пробежки, то ли из-за чего-то другого. – Ты меня не терял, я здесь, я…
– Молс, – кривится Патрик, будто говоря: «Все дело во мне, пожалуйста, хватит нести чушь». – Ты уехала на другой конец страны, чтобы сбежать. А теперь встречаешься с моим чертовым братом. – Он качает головой и запускает руку в волнистые волосы. – Есть кое-что, о чем я тоже знал. Что ты нравилась ему. Ты уже давно нравилась ему.
Я моргаю. Вспоминаю слова Гейба на параде, что он хотел пригласить меня на колесо обозрения.
– Серьезно?
Патрик пожимает широкими плечами и закатывает серые, как шторм, глаза.
– Все знали, – отвечает он.
– Но не я.
– Да. – Он смотрит на озеро, потом на меня и снова на водную гладь. – И я не хотел, чтобы ты это узнала.
– Почему?
Патрик выдыхает.
– Наверное, пытался отвратить неизбежное. Не знаю. – Кажется, его злит, что я заставляю его говорить об этом, словно это не он изначально завел этот разговор. – Но Гейб это Гейб.
– Что значит «Гейб это Гейб»? – спрашиваю, хотя вроде как понимаю, к чему клонит Патрик. Вероятно, будь я умнее, не давила бы на него.
– Молли… – Патрик раздраженно замолкает. Сегодня влажно, и его загорелая кожа покрыта каплями пота. Он стоит так близко, что я чувствую исходящий от него жар. – Я не знаю. Забудь. Мы можем просто продолжить?
Ты думал, я не захотела бы встречаться с тобой, узнав, что нравлюсь твоему брату? – хочу спросить его. Беспокоился, что я довольствуюсь вторым местом?