– О, привет, вот ты где, – говорит она. – Я все утро тебя искала. Привет, Дези. – Она улыбается малышке, с любопытством выглядывающей из-за моего плеча. И обращается ко мне: – Я должна тебе кое-что рассказать и чувствую себя глупо из-за этого. Или я радуюсь? Но чувствую себя глупо.
– Хорошо… – неуверенно произношу я и подкидываю Дези к плечам. Она сползает. – Что стряслось?
– Мы с Патриком вроде как сошлись вчера вечером.
– Оу! – Я морщусь, когда прядь моих волос попадает в блестящий браслет Дези, которая сильно дергает руку. – Полегче, малышка.
Опускаю ее, чтобы распутаться, глаза слезятся из-за жжения кожи головы, хотя я благодарна за такое отвлечение и несколько секунд, за которые успеваю изобразить на лице более подходящую эмоцию, а не настоящую.
Сошлись. Патрик и Тесс.
– Извини, – говорю ей, выпрямившись; Дези бежит по лобби за Вирго, чудаковатым рыжим котом гостиницы. Тесс выжидающе смотрит на меня. – Это… круто! – выдавливаю я. Вспоминаю, что вчера, во время ужина, Патрик никак не отреагировал на новости о том, что брат поедет в Бостон – о Гейбе и обо мне. Похоже, это было совсем не странно.
– Чувствую себя девушкой, которая подняла ложную тревогу из-за расставания, – объясняет Тесс, качая головой. – Или предавшей сестринство.
– Что за сестринство? – спрашиваю я, стараясь перевести все в шутку. – Международную лигу бывших Патрика?
– Именно. – Тесс улыбается. – Раз уж на то пошло, я заставила его страдать. Но он приехал ко мне и сказал прекрасные слова про, не знаю, будущее, и я просто… не знаю. Мне было приятно, понимаешь? И это казалось правильным.
Выдавливаю улыбку, которая, надеюсь, выглядит искренней. Потому что это хорошо, не так ли? То, что произошло между мной и Патриком, пока они с Тесс расставались, было заблуждением, худшим видом самобичевания, и я хочу навсегда забыть об этом. Вот и неопровержимое доказательство того, что Патрик тоже этого хочет. Я сделала свой выбор, и Патрик тоже.
– Понимаю.
День 63
Сегодня день рождения Имоджен, поэтому мы поглощаем тонны пиццы в «У Доннелли», а потом отправляемся в лес около озера. Под одеялом в универсале Гейба припрятано пиво, а в красном пластиковом стакане лежит айпод Тесс, чтобы усилить звук. Красавчик Джей приготовил кексы, что чертовски меня поражает.
Нас довольно много – мы, Джейк, Энни и девчонки, с которыми Имоджен работает в «Френч Роуст», Джулия и Элизабет были в пиццерии и тоже соизволили присоединиться к нам в поездке.
– Мне нравятся эти джинсы, – говорит мне Джулия, скрутив крышку с бутылки и кивнув на мои дырявые штаны. А затем добавляет, заметив мое ошарашенное выражение лица: – Нет, Молли, я тебя не кадрю. Можешь расслабиться.
– Это не то, что… – начинаю я, быстро качая головой. Джулия усмехается.
Иду к холодильнику за пивом, и в этот момент Патрик хватает меня за руку, будто что-то случилось.
– Что? – спрашиваю я с тревогой. Он не отвечает, просто тянет меня за гигантский дуб, где нас никто не видит и достаточно темно, чтобы я едва видела его.
«Какого черта ты делаешь?» – открываю рот, чтобы сказать эти слова, но не успеваю, потому что он тут же целует меня сильно, как той ночью на пороге его дома, горячо и неаккуратно, его язык проникает в мой рот. На вкус он как пиво и Патрик. Его руки кажутся горячими на моей футболке.
Я должна его оттолкнуть. Господи, мне надо его оттолкнуть, Тесс и Гейб в двадцати шагах от нас, к тому же это неправильно, это ужасно, но я как будто нахожусь вне своего тела, наблюдаю за этой чертовщиной и не могу остановиться. Кора дуба царапает мне шею, а нижнюю губу жжет, когда Патрик ее кусает. И эта боль в каком-то извращенном смысле почти приносит удовольствие.
Не почти. Она приносит удовольствие.
Патрик ничего не говорит, просто продолжает меня целовать, просовывает колено между моих бедер и слегка покачивается, тепло его тела проникает сквозь одежду и меня. Он тянется и удивительно нежно обхватывает меня за затылок, чтобы не билась о дерево, затем откидывает мою голову назад и так сильно засасывает кожу на моей шее, что, уверена, останется засос. Внутри меня как будто происходит серия взрывов, словно он незаметно для меня заложил радиоактивные бомбы вдоль моего позвоночника.
Не знаю, сколько это продолжается – как будто несколько часов, словно время повернулось вспять, но в реальности, возможно, менее минуты или двух. Патрик быстро отстраняется от меня, оставив задыхаться.