Есть ли?
Но он еще потихоньку надеялся. Набрасывал осторожные планы на новое дело. Потому что о таком деле, с Глебом, мечтал, может, всю жизнь. Он и Выход имел в виду - как расплату и как возмездие...
Недавно удалось выйти на С.У. — поверхностно и бесконтактно, так что с С.У. он не разобрался, увидел внешнее, как и те, кто составлял на С.У. характеристики и ставил штампы в документах. Есть, конечно, надежда на новое дело в районе С.У., хотя надеяться особо нельзя, неизвестно, как еще с этим Ледником обернётся. Всё может быть, не исключено, что его дела попросту не будут иметь материала, героев; останется один толстенный непробиваемый лёд, который если и будет представлять интерес, то чисто научный, а наука, как таковая, не для него. С ней и без него справятся в три дня. Есть энтузиасты. Гипотезы у них — Ледник иной мир, средство контакта... Возьмут анализы, вымерят, рассчитают, может быть, даже взвесят. Почти точно так же стали поступать с его результатами. Завели специальные органы для оценки с точки зрения практической необходимости… Умора!
И скоро 0н останется не у дел. Выберет хобби и примется ждать опустошения. Впрочем, такая перспектива маловероятна, так как есть еще и не ТНСО и другие пробы, новые открытия, если принять во внимание, что жизнь многогранна, многослойна и полисоциальна.
А тут зачем-то торчать у Нихилова в тайнике и мучиться чужими проблемами.
Или чувство вины? Нет его. Нет и всё тут!
Искусственные сюжетики - но они-то для блага, для контрастности. Чтоб раззадорить человечка, маску стянуть... И по инструкции можно... а по совести...
С совестью запутаешься, сам себя съешь. Это у них совесть. А есть еще и у нас — суть. Нихилов кончился. Нихилов лёд! Вон, стукни его и зазвенит. Отстрастил, отпланировался. Но он же всюду! Он открыт и энергополон, как и Глеб!
Остаётся лишь предполагать, как через века найдут отлично сохранившийся труп его и с помощью новейших достижении определят, что индивид сего трупа очень хотел, чтобы всё было чинно и мирно, чтобы по вечерам велись задушевные эстетические беседы и лучше, чтобы с рюмочкой другой отличного коньяка, под льющуюся музыку, чтобы кофе был крепкий и ароматный, и чтобы испытывать время от времени сладостные муки творчества и, конечно же, иметь их результаты - стихи звучные, полотна зовущие, статьи действенные, поделки искусные, и чтобы чувствовать на себе ласковые и уважительные взгляды красивых и понятливых женщин, и чтобы были уют и потомство, и пенистые ароматные ванны, подарки и приятные ощущения, и полноценная еда, и чистые крахмальные простыни, и чтобы чувство посильно исполненного долга давало право беззаботно покуражиться и отдохнуть, и чтобы жить со всеми органами в мире, а еще лучше - в гармоническом равновесии, осознавать приятную разницу между собой и кем-либо, и изредка любоваться красотами природы, дышать во всю грудь, кататься на санках, быть пружинистым и лёгким на подъём, и бороться, бороться не сдаваться, со всякими негативными тормозящими явлениями...
И определят всё это по трупу ли, по скелету ли, по зубам ли, по пеплу ли — и будут делать представление о том, что его окружало, кто был рядом с ним, что понаделал и зачем жил... А может быть, он будет почти свежемороженый, и тогда его разморозят, и он с удовольствием сам расскажет о себе, о "Динозаврах", и тогда станет ясно-ясно и, может быть, даже ему самому. И тогда, возможно, все поймут, что ничего с тех пор не изменилось, что был, есть и буде...
Это тоска и шлаки, и всё это от Ледника. Лучше не думать о Нихилове, есть дела поважнее.
"Собственно, с помощью Нихилова удалось доказать, что даже проба "Ф" указывает на чудовищную концентрацию в Н.К. зауряднейших частиц фальши, фискальства, фатовства, фиктивности, фарисейства и прочих финтелей. И анализы это подтвердят. Тут и без анализов видно. Но это же труба им! "Ты трус!" То-то. Не в том печаль. Другое, другое, а что же? Кто сказал, что нельзя воспользоваться Выходом? Да ну их, будут новые сюжеты. Будут! Так причём тут Толя и Коля? Что ж поделаешь, если здесь еще не изобретён Выход.
А ведь Нихилов должен был встретиться с Глебом! - вспомнил он далёкое-далёкое. - Это было в программе! И в первый раз сорвалось!